Тата Шах – Шелест моря! (страница 113)

— Одевайся, я жду тебя в столовой. Не в официальной, а той, которую найдешь за дверью в кухню.

Там я не была. Видимо, та столовая для семьи и намного меньше. Я пока не решила радоваться тому, что мне оказали доверие. О полном доверии можно только грезить, но оно начинается с малого. Смогу я добиться большего? Что принесет день? Или все это иллюзия, и меня вновь опустят на грешную землю?

Оделась быстро в приготовленное летнее платье. Кто-то успел с утра или с вечера принести его из моего домика. На всякий случай заглянула во встроенный шкаф во всю стену. Могла я пропустить свой переезд? Моих вещей там не было. Он пробует не давить и дать мне выбрать, где поселиться. Плюсик в его карму.

Столовую пошла искать в приподнятом настроении. Решила настаивать на том, что останусь жить в своем домике. Привыкать друг к другу нужно постепенно. Я ему предложу компромисс — остаться сегодня ночевать у меня. Представила картинку, где я ему готовлю самое свое коронное блюдо и он с жадностью его ест, смотря на меня голодным взглядом.

Пропустила дверь, она была неприметной. Но сразу же поняла ошибку, так как заметила из другой двери выходящую девушку с подносом. Проследила за ней. Она скрылась за дверью напротив, не заметив меня. Оттуда доносились характерные запахи. А вот и кухня. Столько времени нахожусь на территории особняка, а в самом доме ничего так и не видела, кроме гостиной и террасы с торца дома. Там как-то мы все встречали родителей Михая. Помнится, его родителям я совсем не понравилась и поэтому постаралась выкинуть их из головы. Я помнила, что именно с их подачи Асурия является невестой, а я всего лишь аминой. Взаимная неприязнь лишь итог. Интересно, что они сказали вчера? Понимают ли, что отобрали у всех шанс на возрождение, которое, если верить их легенде, способна принести я?

Михай стоял у окна. При моем появлении повернулся и поухаживал, помогая усесться на стул с высокой спинкой. Оглядела столовую, которая, несмотря на дорогую мебель, выглядела уютно.

— Кушай, Арина расстаралась от радости и наготовила вкусностей. Обязательно попробуй ее коронный пирог с персиками, но начни с омлета. Он ей тоже всегда удается. Обрати внимание, тебе добавила больше овощей и зелени, а мне приготовила по старинке с большим количеством ветчины. И откуда только узнала о твоих пристрастиях? Я ей точно не говорил.

С сомнением зачерпнула немного жидкий омлет. Он хоть и был украшен и лежал в тарелке по всем правилам поварского искусства, но выглядел недожаренным. Вид блюда оказался обманчивым, омлет был выше всяких похвал. Нежным и насыщенным помидорками, перцем, достаточно приправлен зеленью.

Весь завтрак Михай ухаживал за мной, ненавязчиво и осторожно, словно боясь ошибиться, что было вероятным. Он меня совсем не знал и не пытался до этого узнавать. Его поведение было удивительным и приятным, поэтому решила для себя не говорить о том, что на завтрак я бы предпочла простую кашу. Или мне хватило бы одного пирога.

В конце трапезы он стал задумчивым, словно не решался начать важный разговор. Но вопреки ожиданиям, после того, как я попыталась распрощаться, конечно поблагодарив за завтрак, посадил меня вновь за стол. Этот деревянный насыщенно бежевый стол с серыми прожилками из неизвестной мне породы дерева запомнится надолго. Он стал столом переговоров.

Его слова удивляли не больше, чем попытки ухаживания. Нет, на всех приемах он был внимателен и всегда следил, чтобы у меня была полна тарелка, полон фужер, но вот так — интересуясь моими пожеланием — это происходило впервые.

— Рита, я хочу извиниться перед тобой. Я с самого первого дня повел себя неправильно. Надо было попробовать услышать тебя, понять, почему меня так влечет к тебе. И Асурия, я ведь любил ее, — не поняла, почему в прошлом времени, но переспрашивать поостереглась, — измена была явной. Такое никому не прощается, но она по силе самая подходящая, а мне необходим наследник. За то, что ты помогла тогда нам не совершить ошибки, я даже не сказал спасибо, а должен был выплатить компенсацию. Я и старался, как умел, дарил драгоценности. Думал, достаточно. А ты не посчитала правильным рассказать мне о крыльях, мстя мне. Нет, я понимаю, что сам виноват.