Максим Волжский – Третья империя. Пляж 7943 (страница 57)

И никогда, ни при каких обстоятельствах Кудри не могла очутиться в одном бассейне с юными жёнами. А сам Тарган-хан не посмел бы смешать настоящее чувство с примитивным сексуальным влечением, испытываемым к юным девам. По-настоящему император любил только Кудри. Но четыре землянки были для него также важны, потому что с ними он, наконец-то, почувствовал возбуждение, которое пропало почти на век. Даже для бессмертного воздержание в сотню лет — это серьёзное испытание.

Тарган-хан взял из вазы крупное жёлтое яблоко. Прикусил его.

За его спиной, на мраморной дорожке послышались тяжёлые шаги.

Император знал, что к нему приближаются двое. Он узнал их по поступи, по дыханию и шуршащим плащам. Тем более что Тарган-хан точно знал, что в этот самый час его навестят верные стражи.

Впереди шёл Часовой Фадерин. За ним Лют Чиннель.

Шаги стихли.

Верные альфы остановились у светового барьера, исходящего точками из пола, и замерли, спрятав руки за спины и широко расставив ноги.

Тарган-хан откусил ещё кусочек, потом вернул яблоко в вазу к другим фруктам и встал с кресла.

Он не любил разбрасываться едой. Позже жёлтое яблоко будет съедено полностью. От него останутся только косточки и плодоножка с маленьким зелёным листом.

— Присаживайтесь, господа, — приглашал Тарган-хан, затянув пояс на халате.

Среди белых колонн у бассейна двое бессмертных в чёрных плащах выглядели неловко. Зал блистал чистотой, а круглый бассейн подразумевал более неформальную обстановку. Но все, в том числе четыре юных землянки, знали, что железный скелет имперских альфов не жалует воду, а любит скрываться под чёрными плащами. Железному телу бессмертного не бывает холодно или жарко, а мысли, живущие в голове альфа, думают лишь об одном: как верно и в срок исполнить приказ императора.

Альфы перешли через световой барьер, присели на стулья с высокими спинками и сложили руки на коленях.

— Какие новости от нашей бунтующей четвёрки? — спросил Тарган-хан, встав точно перед своими охранниками.

Лют Чиннель и Часовой Фадерин резко поднялись со своих мест. Докладывать императору сидя, когда тот стоит — верх наглости и безумия.

— Они пробуждаются, император, — коротко ответил Часовой.

Император кивнул и задумчиво продолжил:

— И они на верном пути...

— Так точно! — ответил Часовой.

Тарган-хан пожал плечами.

— На ваш взгляд, каковы сроки полного обновления?

Лицо Часового Фадерина было не отличить от лица живого человека. Мимика отображала всю гамму чувств, которую испытывал старший альф.

— Несмотря на годы забвения на Земле, обновление происходит стремительно.

— Это я уже понял... Но всё же... в какие сроки они вернутся к прежним настройкам?

— Десять суток... или двадцать суток. Не более, — доложил альф. — Всё зависит от сложности запрограммированного ими задания.

Тарган-хан погладил ладонью свою лысину и снова кивнул.

— Действительно стремительно. И нам остаётся только ждать... И ничего более...

Затем император поднял глаза и посмотрел на второго альфа.

— Ответьте мне, Лют: мы можем, в той или иной степени, повлиять на возрождение Великих или только отдаляем неизбежное?

Лют Чиннель был начальником имперской разведки. Он лично руководил делом Большой Четвёрки уже десятки лет.

— Обновление Великих предопределено, — ответил Лют. — Скорость обновления не зависит от нашего вмешательства. Остаётся лишь слабая надежда, что Великие изменят свои планы или ошибутся в расчётах, и мы сможем остановить рождение Третьей Империи и всё-таки нейтрализуем действие Ключа Сияния.