Максим Волжский – Планета свиней (страница 36)

— Кошечка?

— Ну а кто, обезьянка, что ли? Она самая лучшая, — сверкнул глазами Шмаль.

— Имя у неё есть?

— Мура Белая. Родилась в Якутске. А тебе чего надо? К чему ведёшь, начальник?

Одноглазов снова зашёл в полицейскую базу и быстро разыскал данные на девчонку.

Город Алдан хоть и считался вольницей, но, к огромному сожалению антропоморфов, был как на ладони у спецотдела Страны Сибирь. Скрытые камеры прятались по всему городу. Силовики устанавливали их через своих разведчиков. Каждый известный блатной так или иначе работал на правительство.

Компьютер выдал исчерпывающую информацию о похищенной киске.

— Обижают её, говоришь… невеста, говоришь, — пожал плечами человек. — Иди полюбуйся на свою невесту.

Она сидела рядом с росомахой. Буч делал ставки, играя в покер. Мура, склонив голову на мускулистое плечо, ласково наблюдала за ним. Кошка пила мартини из блюдца, поддерживая его тонкими пальчиками, и совсем не чувствовала себя ущемлённой.

— Казино на улице «Пролетарской». Знаем такое. Бывали, — признал злачное место Шмаль. — Псам под хвост тебя Буч, а не императора!

— Вот видишь, какая оказия, — отключил монитор Елисей. — Только одного не пойму, как вы собирались выкрасть Роберта Варакина? Вы ведь бандиты… вы не шпионы.

Для чёрного не существовало препятствий: что ювелирку обчистить, что вождя вывезти из Якутска — одно дело, раз плюнуть. Но сегодня всё пошло наперекосяк. Или план был никудышный, или снова подставили. Его дед прародитель всех гибридов. Потому Шмаль кот уникальный. Особенный. Его точно подставили. Вот же сучье племя!

— На меня работать будешь? — предложил человек, прервав полёт кошачьей мысли.

— Начальник, я стучать не буду, — сразу предупредил чёрный, но всё-таки уточнил: — А что дашь мне взамен? У меня всё есть: красота, удача… отвага. Я ведь кот. Для меня важна честь и свобода. Смекаешь, о чём толкую?

Елисей нахмурился, изображая глубокое раздумье.

— Хочешь, помогу в Крым перебраться? Будете в море рыбу ловить да из пупа песок выковыривать. Сделаешь одно маленькое дельце, и считай уже там. Что скажешь, братишка?

Коты переглянулись. Вот это удача. Если человек обещает, да он в лепёшку разобьётся, но выполнит. А Крым, это мечта! Так хочется погреться под солнышком. А кошки там… а кошки там такие классные!

— Мы согласны! — опередил чёрного Барс. — Но нужны гарантии.

Шмаль покосился на друга. Рыжий неожиданно проявил способность переговорщика. Это удивляло.

— На мокруху мы не подпишемся! — отрезал чёрный.

Одноглазов подал плечи вперёд и заманчиво произнёс:

— Задание остаётся прежним. Надо спасти императора Роберта.

Глава 11

Роберту потребовалось ровно двадцать три часа, чтобы придумать особую азбуку. Яша всегда знал, что его друг — гений.

Под взором видеокамер невозможно вести доверительный разговор о побеге. И тогда Роберт с помощью химических формул и математических знаков разработал оригинальный и никогда не существовавший ранее язык переписки. Со стороны, казалось, что парни усердно трудятся за компьютерами, но на самом деле они готовились к побегу.

Якутск был нашпигован электроникой, словно старый барак тараканами. Проспекты, дворы и парадные — всё было под наблюдением. С помощью интернета Яша пунктуально изучил город, который, кстати говоря, почти не изменился за восемьдесят пять лет. А вот лаборатория, где находились узники, приросло тремя этажами и увеличилось двумя секциями справа и слева.

Как выбраться из здания, Роберт ещё не решил, но уже определил место, где затаиться после побега. Лучшим прибежищем казался вольный Алдан. В тех краях царил криминал, и не жаловали людей, но император Сибири надеялся занять почётную нишу среди гибридных бандитов. Роберт имел опыт общения с воровской братвой. Рос он обычным парнем, в обычном дворе, среди задиристых пацанов. Если вернуться на сто лет назад, то можно запросто увидеть, как юный Роберт прогуливается с раскладным ножом в кармане по тёмным переулкам Якутска. Он с лёгкостью мог найти подход к самым прожжённым уголовникам, а договориться с блатными антропоморфами куда проще.

Роберт сидел за рабочим столом, как вдруг на мониторе появилась надпись на выдуманном языке.