Максим Волжский – Когда-то был Апрель (страница 49)

В довольно уютной трапезной пахло свежими щами и ладаном. За массивным дубовым столом сидел Горд и учёный собрат — и каждый занимался привычным делом. Громадный слав приводил в порядок оружие, оттачивая о кожаный ремень стальной нож, а Милош, разложив на столе польскую карту, сравнивал её с русским оригиналом.

Перед тем как приступить к делам будничным, оба пришельца приняли угощения монахов. Опустошив тарелки со щами, они ожидали появления своего друга Беркута. Хотя земные костюмы славов могли существовать даже на дне морском. Пришельцы подпитывались от воды, жаркого или морозного воздуха или лунного света. Но чтобы не вызывать подозрений у монахов, славы присаживались за стол и с удовольствием употребляли угощения.

— Рад видеть вас! — поздоровался Беркут.

Долговязый Милош и могучий Горд встали с деревянных скамеек и приняли его объятия.

В монашеских одеяниях славы выглядели подозрительно. Милош был слишком статен для человека божьего, Горд производил впечатление богатыря, нацепившего на себя рясу, только ради потехи. Пришельцы так и не научились носить земные одежды.

— Ладно наш великан, но ты… Милош… зачем этот карнавал? — покачал головой Беркут.

— А мне нравится, — одёрнул подол учёный слав. — Удобно и дышится легче в нём.

В комнату вошёл настоящий монах, прервав дружескую беседу. Принёс он тарелку с супом для Беркута и блюдо с только что нарезанные ломтями хлеба. Не говоря ни слова, монах оставил еду на столе и с поклоном удалился.

— Как косолапый? — спросил Беркут, испробовав горячую похлёбку.

— С медведем всё в порядке. Рану обработал, жить будет, — ответил Горд. — Лучше скажи, что произошло, пока нас не было? И куда Веттер подался на ночь глядючи?

Землянин отломил кусок ржаного хлеба и продолжил:

— Ничего особенного. Воюем. А Веттер работает. Ждём мы со дня на день большой крови. Скоро фриты пожалуют.

— Обязательно фриты объявятся, даже не сомневайся. Для того и живут они на Земле, чтобы к праотцам русских отправлять. Других целей у них нет, — щёлкая ногтем по отточенному лезвию ножа, сообщил Горд. — Но, у нас в загашнике свой гений. И имя этого гения — Милош! Он такой умный, что всегда найдёт ответ. Точно я говорю?

— Есть такой славный парень, — взбодрился учёный Светлый. — И у славного молодца не только нарядная одежда, у него имеется кое-какая информация. В трёх днях пути от нашей крепости десять тысяч конных и пеших солдат. Да плюс артиллерия. Но это только цветочки, потому что прибудет с армией три когорты фритов во главе с самим Гланом Кро.

— Значит, туго нам придётся — отставил в сторону пустую тарелку Беркут. — Надо дождаться Веттера и решать, как людей спасать будем. Два дня в запасе у нас осталось.

— Когда вернётся Веттер?.. ночью или к вечеру? — уточник Милош.

— Обещал ночью, — ответил землянин.

Беркут достал фритский нож и задумался, вспоминая создателей этого оружия.

***

Фриты — это цивилизация человеческой расы, занимающая почётное место в элите Тёмного Альянса. Фриты считали Светлый Союз исчадием ада и боролись с братством, столь отчаянно, что Тёмные приходили в ужас от яростного напора белокурых людей.

Когда-то народ фритов стоял на перепутье, делая выбор между Светлыми и царством холодных звёзд. Власть на Фрите была шаткой, порою продажной и далеко не целомудренной. То планетой руководили сторонники Светлого мира, то их сменяли приверженцы альтернативного смысла. Но каждый из правителей мечтал оставить своё громкое имя в истории, принимая законы, отдаляющие цивилизацию от идеи справедливости. Сама же планета существовала и продолжает существовать по Светлым законам, питаясь энергией звезды, подобной земному солнцу. И до последних дней мудрейшие умы не понимают, как могло произойти такое, как и почему фриты сделали выбор в пользу Тёмного мира?

Сторонники холодных звёзд сумели убедить население Фрита вступить в Альянс. Люди светловолосой расы, мало-отличимые от славов — встали на сторону потенциального врага. И только выпадала возможность насолить Светлым, они с радостью выполняли эту задачу.

Славы, впрочем, как и арглы, давно перешли к эфирной форме существования, фриты же продолжали проживать свои годы в органическом теле, — и в том выборе были свои резоны.