Максим Волжский – Гипотеза полезных душ (страница 8)
Чада напугала Адама. Второй раз за день по спине бегут мурашки и стынет в жилах кровь. Для одного дня слишком много страхов, а для полицейского Фада страх просто недопустим. Законник не имеет права бояться – это запрещено уставом. Если домашняя программа угадала в нём испуг, то завтра об этом узнают создатели домашнего ассистента, потом прознают сослуживцы, а затем и враги. Сновидения превращались в проблему, из которой нужно срочно искать выход.
– Может быть, ты ошиблась или просто придумала эту историю с непонятными словами, чтобы только позабавить меня? И всё же, Чада, сколько у тебя друзей?
– Больше десяти миллионов друзей, Адам, – ответила вполне серьёзно программа. – Я не умею выдумывать истории, чтобы удивить хозяина. Я всего лишь машина, а не писатель. Но мы, домашние слуги, избавлены от сомнений. Мы не люди, Адам, мы черпаем знание в базе, накопленной за тысячелетия, – и делаем выводы. Чада любит учиться, но не умеет лгать. Одни фальшивят, чтобы выжить, другие, чтобы убить, но я другая девушка.
Адама удивили размышления красивой голограммы, считавшей себя девушкой. Она гораздо умнее, чем ему казалось ещё утром. Чада говорит и рассуждает очень логично. Домашний помощник, который сам оплачивает счета, следит за счётчиком воды, за электричеством и наполнением холодильника – не ворует золотые чиры и не умеет врать человеку, а значит, говорит правду.
– Я могу услышать слова из моего сна, Чада? – спросил полицейский, посмотрев в чёрные глаза воздушной красотки.
– Конечно, Адам, – застенчиво улыбнулась брюнетка, будто хозяин попросил её раздеться.
Образ девушки не изменился. Чада так и сидела на пассажирском месте, приветливо улыбаясь сильному человеку. Она прикрыла глаза и не шевелила губами, но голос, записанный ночью, заполнил салон машины.
Глава 3
Полицейский Фад никогда ранее не слышал подобных звуков. Непонятно, как он смог произнести эти мелодичные напевы, напоминающие птичьи песни весной. Адам говорил, словно пел. А может быть, и вовсе не пел, а повторял за кем-то слова. Потому что возникали долгие паузы, будто человек внимательно слушал кого-то, а лишь затем напевал.
– Я узнал свой голос, но не понимаю, что говорю. Это какая-то бессмыслица… или всё-таки нет… – поражался Адам мелодичности произнесённых им предложений.
– Это звуки волшебного мира, мой милый хозяин. Ты когда-то жил в сказке. Я не сомневаюсь, что Адам Фад – заколдованный принц, – слегка наклонила голову Чада. – Потому что ты другой. Ты живёшь на Мартуре и страдаешь как все, но ты особенный человек – с самой яркой-яркой звезды!
Адам опустил взгляд и снова задумался. Слова о другом мире завораживали. Приятно думать о себе как об уникальной личности – ни с кем не сравнимом герое. Но Адам считал своим долгом служить Тантуму. Он всегда прогонял гордыню и сейчас не верил домашнему слуге.
Потому что принцы живут только в сказках, а он обитает в реальности, среди головорезов, наркоманов и криминальных авторитетов, которых, как в сказке, взмахом булата не убить. Слова звучали в его голове, словно он где-то слышал их ранее. Казалось, что Адам снова погружается в сон, чтобы понять единственно важное слово в таинственной песне… Но вдруг голубой экран вспыхнул, разбудив верного пса системы…
Монитор запестрил символами тревоги, и послышался голос дежурного:
– Внимание-внимание, всем стражам порядка немедленно прибыть к резиденции мэра! Атакован центральный департамент полиции! Срочно нужна помощь! Внимание, внимание…
Инстинкт охотника, приобретённый за годы безупречной службы, сработал молниеносно. Продолжая следить за бегущей строкой, Адам дал команду бортовому компьютеру завести мотор.
Двигатель работал беззвучно. Скорость двести километров в час – привычное дело для опытного служителя порядка. Центральный компьютер, управляющий движением городского транспорта, помогал полицейским патрулям. Широкие магистрали за минуту пустели, потому что гражданские электромобили прижимались к обочинам и безропотно пропускали машины спецслужб.
Законник Фад отреагировал на сигнал тревоги, чётко соблюдая протокол. Он мчался на помощь своим коллегам, но в суматохе не отключил домашнего смотрителя. Голографическая девушка продолжала находиться рядом.