Максим Волжский – Гипотеза полезных душ (страница 32)
– Я ничего не помню, Веда…
– Мы дружили… там, на космическом корабле, – подняла указательный палец Веда. – Тебя и меня спускали на Тембру. Нас тренировали. Помнишь Тембру? Пески, ураган, звери… Однажды ночью мы были в горах: огромные собаки окружили нас, но не тронули. Звери нас уважали, потому что ты и я – мы солдаты. Ты и я – мы новые унсоты!
– Новые унсоты? – забегал глазами Адам.
Веда непросто напоминала о себе – даже сейчас она посылала телепатический сигнал своему другу, пробираясь в узких коридорах его памяти, открывая одну дверцу за другой. Лабиринты, связанные узелками нейронов, трещали, словно опавшие сухие ветви в пещере на Тембре. Веда, используя, может быть, последнюю надежду, неотступно приближалась к развязке тайны забвения. И Адам вспомнил её.
Глава 9
Губы обжигала вода – горько-солёная океанская волна захлестнула его… Адам вспомнил, как худенькая малышка с синими глазами волоком тащит его из капитанской рубки. Девчонка громко кричит, плачет навзрыд от боли и страха. Ей тяжело, но Веда сражается за его жизнь.
Вот они на поверхности… Ядовитая вода выбрасывает детские тела ввысь. Океан обжигает лицо, безжалостно рвёт окровавленную рану на голове. Адаму больно, словно кислота попала в жилы и, кусая изнутри, жалит его, принуждая сдаться и умереть. Он глубоко вздохнул, наполняя лёгкие воздухом неприветливой планеты Мартур – и его снова пленила темнота.
– Нужна твоя помощь, Адам Фад, – остудил нахлынувшие страсти Марк. – Я вижу, что ты вспомнил Веду. Это прекрасно, что память к тебе вернулась. Теперь мы изменим мир вместе. Ты должен присоединиться к нашей борьбе, чтобы помочь людям моей планеты.
Адам посмотрел на Марка. Тот был спокоен, сосредоточен. Вероятно, Марк влюблён в Веду, но ему сегодня не до неё. Доктор или не доктор – совершенно не переживает о пламенном настроении своей суженой. На его лице написана лишь одна цель: я хочу власти, я жажду трон Тантума – и нет обратного пути в этом сражении.
– Как хорошо, что ты меня вспомнил, – радовалась Веда.
– Почему ты не пришла ко мне раньше? Что помешало тебе? – вопрошал Адам.
– Не могла долго найти тебя. Город большой. В конце концов, ты мог погибнуть. Но я постоянно посылала тебе сигнал. Ты меня слышал?
– Я не телепат. Что я мог слышать? Всю жизнь мне снились непонятные сны. И корабль, и пески Тембры, – пожал плечами офицер Фад.
– Ты не смог разобрать послания Веды, потому что нам всем мешает купол в этой чёртовой башне, – вмешался в разговор Марк. – Разве ты ещё не понял, что городом управляют монстры? Боно Лид и его свита – это паразиты на теле Тантума, и ты должен помочь нам избавиться от них.
– О чём ты говоришь? Какой купол? – удивился полицейский.
Марк присел рядом с Ведой, давая понять, что она его девушка и нечего здесь нюни разводить, когда решается судьба целой планеты.
– Мэр и его советники убивают мой народ со времён окончания Колониальной войны, – начал рассказ Марк. – Они превратили человека в скот, питающийся подножным кормом. Власть издевается над людьми. Люди первой касты запрещают строить морские суда и летательные аппараты – боятся, что мы сбежим с острова, а когда вернёмся полными сил, то сломаем их мир через колено. Ты же воин, Адам… и неглупый человек. Присоединяйся к нам. Я, Веда и ты – мы вместе должны сокрушить поганого врага.
Марк достал из мятой пачки сигарету, покрутил её между пальцев, словно обломок барабанной палочки.
– Можешь курить, – разрешил Адам.
Доктор щёлкнул зажигалкой, втянул глубоко дым, наслаждаясь удачно сложившейся ночью. Он уже запросто общается с полицейским, к которому ещё вчера невозможно было приблизиться.
– Марк говорит правду, – уверяла Веда. – Совет в башне манипулирует народом. Это они организуют напрасные бунты, они травят людей грязной едой, вонючим воздухом и ядовитым океаном. Они убийцы, Адам. Помоги нам избавить планету от этих тварей.
– Вообще-то, я полицейский, давший клятву служить Тантуму, – сомневался офицер Фад.
– А кто мешает тебе служить городу? Пора научиться разделять народ и власть, – уверял Марк.
Адам верил и не верил в происходящее. С одной стороны – Веда, с другой – настырный бунтарь. Сейчас бы арестовать обоих, и делу конец. Но всё же слова Марка встревожили полицейского Фада. А парадоксальные и откровенно нелепые правила, прописанные на жителей мегаполиса – порой вызывали у него непонимание и отторжение.