Максим Волжский – Девять жизней Гнидо Комига (страница 10)
– За твоё здоровье, Гнидо Комиг! – хриплым голосом произнёс он и проглотил таблетку, запив полным стаканом воды.
Гнидо присел на табурет у окна. Никаких штор или занавесок на кухне не было; цветов на подоконнике тоже. Вид во двор открывался великолепный. Особенно хорошо было видно помойку, где большую часть времени и проводил Николай Петрович, собирая различный лут.
Прошло минут двадцать. Гнидо так и сидел у окна в ожидании чуда, как вдруг почувствовал, будто в жилах закипела кровь; его обдало жаром, а лицо покрылось каплями пота. Показалось даже, что он обмочился. Потом резко схватило живот!
Гнидо подскочил и резво рванул в уборную. Живо скинув штаны, уселся на загаженный толчок и буквально завыл на всю вонючую квартиру, потому что открылись ворота ада!
Он кряхтел, стонал и поскуливал. Но прошло всего пять минут, и диарея закончилась. Вместе с диареей ушла и боль. Сразу захотелось принять душ. Но ванна была в таком ужасном состоянии, что Гнидо только частично обмыл тело в специальных местах.
В коридоре он нашёл пустую вместительную картонную коробку и вернулся на кухню. Совсем не брезгуя, смёл со стола две сковородки, всевозможные пищевые шкурки, нитки, стаканы, куриные кости и остатки хлеба вместе с тараканами – и быстрым шагом отправился на улицу.
Спускаться с пятого этажа было легко. Гнидо по-молодецки бежал по лестнице вниз, пока не выскочил из подъезда и не встретил милиционера в форме. Это был полковник Непряев. Выглядел тот бодро и сыто. Форма на нём сидела идеально. В руке он крутил фуражку.
– К чему такая спешка, Николай? – весело заговорил полковник.
– Доброе утро, начальник! – обежал милиционера Николай Петрович, держа на вытянутых руках коробку, с которой спрыгивали рыжие прусаки.
Гнидо остановился у помойки, закинул в большой контейнер коробку и отправился прочь.
Полковник Непряев удивлённо приподнял бровь. Невероятно, но сосед действительно умел говорить и не тащил мусор в дом, а наоборот, выбрасывал говно на помойку.
– Далеко пойдёшь, Николай! – серьёзно сказал полковник.
Гнидо хотел узнать по-соседски, где рядом можно купить еды, но даже голод сейчас был не важен.
Вчера кураторша разъяснила ему, что никакой Гнидо не колонизатор-эксплуататор, а обычный наблюдатель, работа которого, в том числе, подразумевает помощь аборигенам. И получалось, что полковник ничего не знал о собственной болезни, которая его вскорости убьёт, а Гнидо теперь уже знает.
– Станислав, ты бы не затягивал с обследованием. Жизнь у тебя всё-таки одна. Так что сходи к врачу, проверь сердечко, – дал неожиданные рекомендации Николай Петрович, но не настаивал, поскольку – кто он такой, чтобы советовать начальнику отдела кадров четвёртого Управления.
Глас юродивого всегда был слышен на Руси. Полковник Непряев обомлел. А вдруг это правда? Вдруг этот помоечный безумец видит нечто особенное?
– Спасибо тебе, Николай. Я обязательно схожу к кардиологу, – вежливо ответил полковник, изумлённо наблюдая за Николаем Петровичем, у которого сегодня светились глаза.
А Гнидо отправился в большой магазин, который нашёл за углом. Он ощущал невероятный прилив сил. У него просветлел взгляд, и стремительно росли новые зубы. Прогнившие старые зубы он на ходу выплёвывал на асфальт и, проводя языком по дёснам, чувствовал, как пробивается новая поросль.
В продовольственном магазине он набрал полную авоську продуктов. В соседнем хозяйственном отделе купил ножницы, электробритву, шампунь, моющие средства, дихлофос, два куска мыла, две чашки, две тарелки и сковороду. На всё про всё потратил рублей двадцать пять. Его толстая пачка, хранящаяся в кармане, совсем не похудела. Зато прибавилось мелочи. Ксантусия Сахарон не обманула – денег действительно было много.
Придя домой, Гнидо первым делом состриг ножницами бороду, а затем побрил лицо жужжащей электробритвой. Потом он засыпал порошками унитаз, раковину и ванную. Всё-таки очень хотелось принять душ.
Далее он решил подкрепиться.
Протерев стол, разложил продукты, которые оказались вполне хорошего качества. Масло было маслянистым, любительская колбаса из мяса, батон – пышным, кефир – свежим, морская капуста в банке – пахла йодом.