Максим Волжский – Девяностые. Охота на Колючего маньяка (страница 7)

Пришлось сделать вид, что я поверил.

– Классная тачка! Дашь покататься?

Юрец криво улыбнулся и, разливая пиво в стаканы, спросил:

– Что за тема ко мне, Федь?

Я затушил сигарету в пепельнице и ответил:

– Я с Серым и Гусем утром встречался. По поводу трупов в подвалах. Хочу помочь вашим парням, найти упыря.

Юрец выжал из бутылки последние капли. Стал серьёзен. Показалось, что он даже расстроился.

– Вот чего тебе не сидится спокойно, Фёдор? На кой тебе это надо? Убили и убили. Сами разберутся. Без тебя.

– Я подписался. Буду искать, – отрезал я.

– Бля, братан… – качал головой Юрец. – От меня-то чего хочешь?

Я взял сигарету, закурил снова.

– Виноградский сказал, что нашли троих, а ещё двое пропали. Это правда?

– Частично, – кивнул Юрец. – Один ещё вчера вечером объявился. Ты его знаешь – Караваев Саня, по кличке Каравай. Забухал он с бабой. Каравай бывает запойный.

– Понятно. А трое жмуров, кто они такие? Рядовые или старшие пацаны?

Юрец недовольно вздохнул. Не хотел он втягивать меня в кровавый замес.

– Тебе очень надо? – спросил он.

– Очень, – ответил я. – Давай по порядку. Начнём с того парня, которого обмотали верёвками.

– Любишь ты обломить! Ладно… – нехотя согласился Юрец. – Кликуха его Кекс. Он при делах со старшими. Сидел три года, но не блатной. Тот, что в колючей проволоке замучен – Снегирь. Он из Донецка: занесла же братишку нелёгкая… А чувак из ванной, это двоюродный брат Гуся; он не пацан… он из мусаров. Точнее, уволенный гаишник… Разве бы они пришли к тебе, если б третий не был в родственных отношениях с Гусём?

Мне показалось, что Море Гусю не товарищ. Чувствовалось в Юркиных словах пренебрежение. Прежний Юра Лаптев знал, что Дмитрий Гусев – редкая сволочь. Но ничего поделать с этим не мог. Он в бригаде. А там все братья.

– Лучше бы Гуся в ванной прирезали, – специально злил я его.

– Точно, братусь, – неожиданно согласился Юрец. – Все они – гандоны! Вся семейка! Я тебе точно говорю.

– Замараны кровью. А жить хотят, – сказал я; мне всегда хотелось вытащить из братвы своего друга.

– Бля, не начинай! – зарычал Юрец.

– Не начинаю, – тихо отреагировал я, но Юра уже завёлся

Два стакана пива помогали ему изливать душу. А я был внимательным слушателем. Мне бы в психологи податься, чтобы сопли бандитам вытирать.

– Ты скажи, брат, а какой у меня выбор? – хмурился Юрец.

Я бы мог ответить, что выбор есть всегда, но знал, что на самом деле он прав.

– Уехать бы тебе на пару лет. Иначе убьют, – прямо говорил я.

– Куда уехать? – хмыкнул Юрец, наливая ещё пива. – В Америку, что ли?

– Зачем в Америку? – пожал плечами я. – На север езжай. На буровую устройся. Будешь нефть качать. Здоровья хватит.