Леонид Кудрявцев – Центурион инопланетного квартала (страница 67)

Мы молча прошли через зал космопорта. Прежде чем снова выйти под дождь, я открыл зонт и еще раз поблагодарил Айбигель за него.

— Не стоит, — сказала она. — Самое главное, найдите его.

— Кого? — спросил я. — Убийцу?

— Да, — сказала Айбигель. — Только, обещайте мне одну вещь.

— Какую?

— Если это будет возможно, не убивайте его.

— Из милосердия? — спросил я.

— Нет. Всего лишь для того чтобы он попал на одну из тех ужасных планет — тюрем и гнил на ней всю оставшуюся жизнь.

Сказав это, Айбигель резко повернулась и ушла. А я как болван, пока она не скрылась за какой-то дверью, очевидно ведущей в служебные помещения космопорта, пялился ей вслед и все пытался понять что именно такие красивые и умные девочки как Айбигель находят в таких подонках как Ухул.

А потом до меня дошло что ответа на этот вопрос я так и не найду, пусть даже мне несказанно повезет и я проживу например еще лет сто. Не найду и все. А стало быть незачем об этом думать. Тем более сейчас.

И все же, прежде чем выйти под зеленый дождь, я не удержался и посмотрел на ту дверь за которой скрылась Айбигель. И конечно подумал что сейчас она, наверное, сидит в своей кабинке, из которой возникает перед желающими купить билет на очередной рейс, и плачет, плачет навзрыд.

А может быть и не плачет. Может быть, она сидит с крепко сжатыми кулаками, глядит перед собой невидящим взглядом и представляет что она могла бы сделать с убийцей, попадись он ей в руки.

Или то, или другое. И скорее всего второе чем первое.

Зеленый дождь был теплым. Но пока я шел под ним до резиденции, мне было холодно, очень холодно.

12.

— А вот и он, наш неустрашимый борец с преступностью, — заявил Мараск, едва я вошел в резиденцию. — Между прочим, к тебе посетитель.

Собственно, то что меня ожидает посетитель я уже видел и сам. Было бы странно его не заметить. Перед барьером за которым возвышался Мараск сидел очень, очень старый абориген. Когда я вошел, он медленно встал.

Нет, конечно, я не большой знаток аборигенов Бриллиантовой, Собственно, все что я знаю о них почерпнуто из сведений хранившихся на компе Старины Эда. А было их так не очень много. Но все-таки, посетитель отличался от тех молодцов, которых я до сих пор видел шляющимися по инопланетному кварталу в поисках работы.

Одет он был в балахон, с ленточками светлого оранжевого цвета. Судя по лицу и кистям рук, он был здорово худ. Круглые глаза были серого цвета, но тоже, кажется сильно поблекшего от времени. Практически безносое лицо украшало множество морщин.

Я прикинул что скорее всего передо мной кто-то вроде старейшины аборигенов. И скорее всего, явился он ко мне вовсе не для того чтобы засвидетельствовать свое почтение.

И нападать на меня с целью перерезать горло он тоже не станет. Старейшины подобными делами не занимаются, а поручают их молодым и крепким воинам, жаждущим доказать свое мужество и ради этого готовым рисковать жизнью.

— Центу…ион, — промолвил старейшина. — У меня посла…гхм.. ние.

Голос у него был тусклый и невыразительный.

— Ко мне? — спросил я.

— Нет, к вам, к инопла… гр-гр… нетянам.

Если исключить некоторые дефекты речи, понять его речь было вполне возможно. К слову сказать, начало ее мне не понравилось. Обычно, подобные заявления предшествуют предъявлению ультиматума.

Ну-ну, посмотрим.

Я кинул взгляд на Мараска. Краб-кусака сидел на барьере неподвижно, прикрыв клешнями глаза и вроде бы даже спал.

Нашел время. Тут кажется назревают события более важные, чем нападение аборигенов-отщепенцев. Судя по ленточкам, этот старец принадлежал к клану, и вполне мог сейчас что-то потребовать от имени всех инопланетян. Причем, вряд ли удовлетворить его требования будет легко.

Ну, да посмотрим…