Леонид Кудрявцев – Центурион инопланетного квартала (страница 24)

Вот так, значит, да?

Похоже, тот центурион инопланетного района, который погиб первым, был прежалкой личностью неспособной выбить из богачей, населявших этот район, самую толику денег для того чтобы жить и работать в нормальных условиях.

Да, чуть не забыл, Еще он был маньяком, помешанным на всех этих исторических романах о нашей старушке — Земле, в которых действуют люди с серебряными звездами на груди, вооруженные кольтами, не знающие страха и упрека.

Звездочка, лежавшая у меня в кармане, и кольт, который я держал в руках это неопровержимо подтверждали.

Вполголоса выругавшись, я повесил на ремень кобуру с кольтом, и опоясался им. После этого мне осталось лишь задать себе самый главный вопрос.

Почему, все-таки этого первого центуриона убили?

Может быть, он в конце-концов не выдержал такой жизни, и попытался влезть не в свою игру?

В любом случае, прежде чем делать выводы, надо было собрать кое-какую информацию. И для начала не мешает поговорить с этим Мараском — помощником центуриона.

Тот еще тип.

Стараясь ступать так, чтобы не слишком скрипел древний паркет, с которого почти полностью вытерлась мастика, я вернулся в приемную.

Мараск восседал за барьером. Более всего он напоминал большую сахарную голову, высотой около полутора метров, покрытую плотной, лоснящейся кожей. В верхней части конуса была пара глаз, взиравших на меня с видимым безразличием.

То, что это именно помощник центуриона я определил по звездочке, такой же как та, которую мне вручил Ухул. Она была прикреплена примерно на середине туловища Мараска и поскольку он восседал на чем-то вроде высокого постамента, благодаря чему большая часть его тела возвышалась над перегораживавшим приемную барьером, любой появившийся в ней человек не мог этот знак власти не заметить.

Остановившись напротив Мараска, я облокотился на барьер, и испытующе посмотрел ему в глаза.

Никакого эффекта.

Они смотрели все так же холодно и бесстрастно. Я начал подозревать, что Мараска постигла судьба трех предыдущих владельцев этой халупы. Как раз в тот момент когда мои подозрения почти переросли в уверенность, где-то на середине расстояния между звездочкой и глазами открылось широкое отверстие.

Из него на барьер выпрыгнуло какое-то существо, здорово смахивающее на краба, впрочем, снабженного здоровенными, челюстями, усеянными остроконечными зубами и проверещало:

— Ага, стало быть, теперь они прислали какого-то клоуна!

Ошарашено помотав головой, я спросил:

— Почему это тебе пришло в голову?

— Да потому что перед собой я вижу именно клоуна. Старая, облезлая, короткохвостая умертвица более смахивает на центуриона инопланетного района чем ты.

Ехидно улыбнувшись, я спросил:

— А те, трое, которые были передо мной, стало быть, являлись настоящими профессионалами?

— Безусловно.

— И именно поэтому они так легко позволили себя ухлопать?

Этим вопросом я его сразил.

Вместо ответа краб зашипел и несколько раз злобно щелкнул зубами.

Есть одно хорошее правило, которому меня научила жизнь: если ты хочешь кого-то поставить на место, лучше всего приступать к этому сразу, не откладывая в долгий ящик. Потом этот процесс потребует большего времени, да и гораздо больших усилий.

Выудив из кобуры кольт, я спросил:

— Знаешь что это такое?

— Ого! — сказал краб. — Да ты никак мне угрожаешь?