Константин Калбанов – Танкист-1 (страница 29)

Было дело, он читал лишь строго в рамках учебной программы. Но года четыре назад его как прорвало. От делать нечего начал читать Фенимора Купера, только чтобы хоть чем-то занять себя на перемене, но не смог остановиться. Увлекся настолько, что буквально проглотил роман. Потом другой. Следующий. Так и читает теперь. Отец кряхтит, мол, может где-то книжки эти и виноваты в том, что науки сыну даются не так легко.

— Ну как, сильно досталось? — едва прозвенел звонок, выпорхнула в коридор Таня.

— Ну, ругать не ругал, и отца вызывать не стал, но сказал, что мне лучше посерьезней относиться к учебе, если не хочу оказаться на осенней переэкзаменовке, — закрывая книгу, которую уже начал читать, ответил он.

— Ой. Прости. Я не хотела.

— Проехали.

— Витя, а чего это ты как бездомный по свалке бродишь? Вроде не бедствуете, — вращая на пальце цепочку, с оттенком превосходства поинтересовался Панин.

— Очень смешно, — обернувшись огрызнулась Татьяна, не дав Виктору открыть рот.

Вообще, словесная дуэль была не его коньком. Благодаря множеству прочтенных книг, с эрудицией у него все было в порядке. Но, как говорится, язык не подвешен. А потому он чаще пыхтел как перегретый самовар. Как там говорится, облили помоями, обтекай, а не можешь, впитывай. Это про него.

— Генночка, а какая у тебя ступень? — с прищуром поинтересовалась Баева.

— Подбираюсь к третьей.

— С января? — невинным тоном произнесла Таня.

— А куда спешить. У меня с Сутью все в порядке, — пожал он плечами, под ободряющие смешки своих подпевал.

— Зато у Вити уже вторая. И это за два дня, — припечатала она.

— И как ты так управился!?

— Покажи Суть!

Тут же возбудились одноклассники которые еще не успели разойтись. Любопытство было и во взглядах подпевал Панина, хотя открыто они его все же не высказывали. Сам их лидер просто смотрел на Виктора с чувством превосходства.

Виктор открыл доступ к Сути, тем кто уже прошел инициацию, и ребята закачал головами, не веря в происходящее. Конечно это мог быть и кредит. Но в этом случае имело смысл брать сразу сто двадцать шесть тысяч, и закрывать рост общего развития по шестую ступень, чтобы начать копить избыточный опыт. Ведь нужно же с чего-то отдавать банку проценты. Но тут этого не наблюдается. Значит и впрямь заработал.

— И на чем сделал? — поинтересовался Потапов.

— Он ворон стрелял. Со ста метров, и каждый раз в голову, — произнесла Татьяна так, словно это были ее успехи.

В этот момент Виктор поймал одобрительный взгляд Подольской. И в кои-то веки он рассмотрел в нем заинтересованность. Она обратила на него внимание! Это вне всякого сомнения! Надо бы что-то сделать. Ну, там, пригласить в кино. Только не здесь. Не при всех. Заливаясь краской, подумал он.

— Наверное еще и лапки срезал, чтобы сдать в санэпиднадзор, — заметил Панов.

— Завидно? — подбоченилась Татьяна.

— Мне? — с пренебрежением спросил он. — Вот уж чего я не собираюсь делать, так это зарабатывать опыт на свалке, отстреливая падальщиков.

— А вот сейчас было обидно, — произнес Виктор.

От эйфории вызванной вниманием Подольской не осталось и следа. Нестерова словно ушатом холодной воды обдали. И такая злость поднялась, что он готов был размазать Панова прямо здесь, в коридоре гимназии.

— Мальчики, не ссорьтесь, — подала голос Инна, становясь между ними.

Не за Виктора переживает. Она ведь староста класса. И вообще, у нее активная жизненная позиция, член младодемократов, нацеленная достижение поставленной цели. Чувствовался в ней холодный расчет. А вот Таня, та встопорщилась рассерженной кошкой. Боевая подруга, одним словом!

— Извинись, — потребовал Виктор.

— За что? — пожал плечами Геннадий.

— После уроков на пустыре за гимназией.