Константин Калбанов – Сверкая блеском стали… (страница 53)

— А кто над ним потешается? — дернув плечиком, возразила Алина. — Напридумывал себе бог весть чего, да еще и растрезвонил на весь свет. Вот пускай теперь и мается. Я ему обещаний не давала и не обнадеживала.

— Брось, Алина. Я же вижу, что он тебе нравится.

— Как друг, боевой товарищ — лучше и не надо. Но не больше. Все остальное всего лишь плод его воображения. И вообще ты знаешь, что он учудил в день нашего знакомства?

— Об этом все знают. Оттого и удивлялись — как же так, вроде должна была опередить всех, а оказалась единственной девицей на курсе. Но ведь все изменилось. И ты в курсе, кто он на самом деле.

— Хм. Ну и что? Это ничего не меняет. Мы друзья — и точка.

— Ладно. Но можешь ты хотя бы вести себя не столь демонстративно?

— Как хочу, так себя и веду. Маша, а ты чего тут так за него заступаешься? Нравится он тебе? Ну так я у тебя на пути не стою. Маш. Ма-аш. Ну ты чего? Извини, я не хотела. Но ведь Виктора Михайловича не вернуть. Год прошел. Да и не хотел бы он, чтобы ты во вдовах сидела.

— Нормально все, Алина. Все в порядке. Ты права. Нельзя жить одним горем. И я это уже поняла. Но порой все же болит.

К Григорию Мария вернулась в дурном расположении духа. Но по меньшей мере своего добилась. Парень прекратил вслушиваться в то, что происходило в стороне, и полностью сосредоточился на своей спутнице. Азаров имел изрядный опыт общения с женским полом, а потому знал множество историй, анекдотов. При этом был хорошим рассказчиком и никогда не лез за словом в карман.

Правда, львиная доля его репертуара была впору для светского общества. И не совсем к месту для боевого товарища, прошедшего сквозь горнило войны. Пусть и короткой, но оттого не менее жаркой.

Поэтому в беседе с Марией он предпочел более близкую армейскую тему, с солоноватым юмором, на грани приличий, но все же не заступая за нее. С одной стороны, рассказано уже многое. Но с другой — далеко не все. И о недавних событиях в том числе. Еще не так давно они вовсе не казались смешными. Но по прошествии даже незначительного времени смотришь на них уже под другим углом.

— …Вот смех и грех. Сзади рванул ранцевый заряд. Понимаю, что в том районе топлива и огнесмеси, почитай, полные баки, которые, скорее всего, повредило. Бронеход лежит мордой в землю. Вокруг полыхает подожженная мною же пшеница. И сам я вот-вот могу загореться. А я штаны щупаю. А ну как обмочился при падении. И в голове только одна мысль… — Азаров сделал драматическую паузу, подался чуть вперед и выпучил глаза.

Кстати, о рыбалке они благополучно позабыли. Их улов ограничился тремя небольшими рыбками. Поначалу Григорий больше был озадачен происходящим по соседству. Потом сосредоточился на Хомутовой. Какое уж тут удить.

— Ну? Что за мысль? — в ожидании чего-то эдакого подбодрила Мария, вперив в него внимательный взгляд, полный смешинок.

— Куда же это запропастилась моя фляга с водой? — хлопнув себя по коленям, выпрямился он.

— Фляга? — обескураженно произнесла девушка, силясь понять взаимосвязь.

— Ну да. А то ведь случись конфуз, можно же прожечь дырочку на штанах да погасить водой. Или прострелить флягу — мол, польская пуля пробила. И получается, что не обмочился, а как бы просто облился водой, — не моргнув глазом, сочинял он на ходу.

Заканчивал Григорий давясь смехом и едва выдавливая из себя слова. Мария же и вовсе заливалась чистым и звонким хохотом, далеко разносящимся над гладью утренней реки. Отчего Алина и Клим вынуждены были притихнуть. Затем Дробышева поспешила приладить удилища на рогульки и с решительным видом двинулась по тропинке глянуть, с чего это ее товарищам так весело. Кондратьев растерянно глянул на снасти, но любопытство его пересилило, и он пошел следом.

— Смейся, смейся, но это еще не все, — погрозив ей пальцем, наконец сумел выдавить из себя Григорий.

— Да-а? — проглатывая смешинки в попытке придать себе серьезный вид, подбодрила его Мария.

— Выбрался я наружу. «Гренадер» полыхает ниже пояса. Не показалось, что внутри стало жарко. Поляков валяется вокруг дох… Много, в общем. Но и ходит-бродит предостаточно. Эдак начни справлять нужду… В общем, не до того как-то. А тут еще и палить в меня начали со всех сторон. Ну, думаю, в одиночку не отбиться. Вижу, машина Бичоева валяется. С виду целая. Я перебежками к нему. Отстреливаюсь и бегу быстро, но аккуратно…