Константин Калбанов – Страж (страница 46)

— Парень, — обратился Джим к сопровождавшему их груму, — видишь во-он там дерево? Да-да, то самое, что на холме. Скачи туда с нашими лошадьми и поджидай нас там. Только внимательно посматривай по сторонам. Не хватало еще, чтобы тебя и моего Грома утащила какая-нибудь банда горцев. А ты, виконт, спрячь свою железяку.

— Этот меч из лучшей кинолской стали!

— Пусть так. Но в твоих руках это просто бесполезный кусок железа. Спрячь — и точка.

— А куда… А как же мы доберемся до того дерева?

— Ножками, дражайший виконт Вильям, ножками. Причем бегом.

— И ты с нами? — ухмыльнулся Георг.

— А то как же! И вам наука, и мне полезно размять косточки. Учитель не должен отставать от своих учеников. Ладно, хватит болтать, солнце уже встало. Вперед!

Георгу пришлось очень нелегко. Что уж говорить о виконте, которого Джим без всякого пиетета подгонял крепким словцом, не стесняясь порой приложиться сапогом. Наблюдая за подобной вольностью, Георг подумал, что не сносить наставнику головы. Вести себя подобным образом с благородным, да еще и с графским наследником… Он, конечно, достойный мастер, отличный учитель (так утверждают все вокруг), но должен знать свое место. Но если Джим и задумывался над этим, то никак не показывал.

Самому Георгу удалось избежать подобного обхождения по той простой причине, что он старался все время держаться впереди виконта. Не сказать, что это оказалось просто. Легкие буквально разрывались, воздуха не хватало. Его не отпускало неодолимое желание сплюнуть тягучую слюну, но это плохо получалось — она словно прилипла к небу. Этот забег оказался куда более мучительным, чем прежние, где за ним хотя и наблюдали, но никто не подгонял.

А Джиму все нипочем, хоть он и вдвое старше их. Он так же облачен в полный доспех, за спиной висит щит, на голове шлем, на поясе — меч, который мастер поддерживает рукой, чтобы не болтался и не путался в ногах. Он все время покрикивает, успевает съязвить по поводу физической формы учеников и при этом ничуть не задыхается.

После пробежки последовали столь знакомые Георгу упражнения. Но не все было так же, как на одиночных занятиях. Добавилось кое-что еще. Просто раньше он не смог бы выполнять эти элементы в одиночку, а у наставника не было желания составлять ему компанию. Когда время перевалило за полдень, на парней было страшно смотреть. Георг думал, что у него будет преимущество перед виконтом, поскольку он начал заниматься раньше на неделю, но сильно ошибался. Да, в беге он обставил Вильяма, но зато тот был знаком со многими упражнениями. Счет сравнялся, и измотаны были оба в равной степени.

Когда дело дошло до рукопашной схватки (на поле боя может случиться очень даже многое), парни с переменным успехом буцкали друг друга, катаясь по траве, пока эта возня не надоела наставнику. Оценив уровень их подготовки, Джим принялся показывать свое мастерство. Только сейчас Георг в полной мере осознал, что в прошлый раз он по случайности умудрился задеть Джима хотя бы вскользь. Тот, как видно, попросту не ожидал от парня такой прыти. Но зато теперь он был во всеоружии и не дал ни малейшего шанса ни одному из учеников.

В городе их пути ненадолго разошлись. Георг отправился на постоялый двор, поминая недобрым словом Олафа, который оплатил комнату и стол у западных ворот, через которые отряд въехал в город. Наставник же пользовался северными. Чтобы пообедать, парню пришлось проехать чуть ли не полгорода. Оно, конечно, не на своих двоих, но даже поездка верхом после садиста Рубаки Джима — занятие не из приятных. А без обеда остаться никак нельзя — живот отзывался многоголосым урчанием, буквально требуя набить брюхо.

После обеда приступили к работе с оружием. По приказу мастера ученики, подобно детям, вооружились учебными мечами. Словно им не доводилось обращаться с настоящими, а сам Георг не участвовал в смертельных схватках! Но вскоре все встало на свои места. К удивлению Георга, деревянный меч оказался тяжелее его клинка раза в полтора. Им так намашешься за день, что потом впору в гроб ложиться. Это он просек сразу и, судя по кислой физиономии виконта, не ошибся. Тот, как видно, припомнил свои прежние занятия, затем прибавил сюда садистские наклонности наставника и путем неложного арифметического действия, называемого «сложением», получил необходимый результат.