Константин Калбанов – Шелест 4 (страница 74)

— Пётр, я хочу чтобы ты для начала выправил все плетения моей супруги, а после поработал с моими детьми, — без обиняков перешёл к делу царь.

Ага. Значит это наша императрица. Господи ну до чего же парадные портреты отличаются от оригиналов. Я признаться, уже решил, что это его полюбовница. А оно вон как. Похоже государь счастлив в браке.

Не суть важно. Главное тут вовсе не то, с кем именно я буду работать, а то где это будет происходить. Внутренние покои царской семьи… Ч-чёрт, я и надеяться не мог на такую удачу. Как раз ломал голову над тем, как пробраться за линию гвардейских караулов, и тут вдруг такой подарок.

— Ваше величество, даже несмотря на мою способность проводить в изнанке три часа, я не успею закончить со всей вашей семьёй, — произнёс я.

— Дорогой, коль скоро так, то может с Ириной не следует. Всё же девица.

— Брось. Я лично нанёс Петру узор «Повиновения». Так что он не мужчина, а мой верный пёс. Прибавка в силе плетений выходит существенной. Так что, небольшая её неловкость этого стоит, уж поверь. Проверено на поле боя лично, — и уже ко мне. — Приступай. Сначала она, потом сыновья. С Ириной закончишь завтра.

Закончив с царицей, я посетил по очереди их сыновей. А завтра ещё и в комнате у царевны побываю. Просто замечательно! Уже завтра утром я смогу представить Успенскому и Марии неопровержимые доказательства того, что неподконтролен царю.

Глава 18

Я глянул на парадное крыльцо доходного дома, и кивнув сопровождавшим меня Дымку с Хрустом, чтобы ожидали меня на улице, вошёл в подъезд. Зима и Угол сейчас занимаются пополнением. Пора усиливать моих компаньонов, которые теперь как и я могут открывать портал на четверых. А значит можно придать каждому из них по три бойца. Итого мой отряд в своём составе теперь имеет четверых высокоранговых одарённых и двенадцать простецов, способных удивить много о себе думающих аристократов.

По здравому размышлению я пришёл к выводу, что тянуть с новичками нет смысла. Ведь мало выкупить готовых бойцов, их ещё и в курс ввести надо, подлой борьбе обучить и тактике. Троекуров ведь не обучает своих птенцов той же зачистке помещений, потому что понятия об этом не имеет. Ну и других моментов хватает.

Восьмёрка новичков будет уступать старичкам, но это не беда, научатся быстро. Уж при том, как их гоняют, и тем более при наличии «Повиновения» когда они из кожи вон лезут, лишь бы волю господина выполнить. К слову, привязывал их не я, а компаньоны.

Поднявшись на второй этаж постучал в знакомую дверь и отступил на шаг. Вскоре в квартире послышалось шуршание, а затем щелчок задвижки, и створка открылась. Как я и полагал, приходящая служанка уже ушла, отчего Рябова открыла мне дверь лично.

— Здравствуйте, Эльвира Анатольевна, — улыбнувшись, поздоровался я.

— Пётр Анисимович, — удивлённо произнесла она, изобразив лёгкий поклон.

Поймав мой взгляд на своей высокой груди, поднесла руку к вороту, словно в попытке запахнуть его. Хотя в этом не было никакой необходимости, так как все пуговки были застёгнуты. Ну вот не удержался я. Затем она отступила на пару шагов вглубь прихожей, приглашая меня пройти. Чем я не замедлил воспользоваться, подняв на уровень глаз коробку из знакомой кондитерской.

— А я с угощением.

— И судя по тому, что решили ударить по моей слабости, вам опять что-то потребовалось от меня. Проходите, Пётр Анисимович, куда же вас девать.

— Благодарю, — и не подумал я скромничать.

Как и в прошлое своё посещение я взял на себя заботу о самоваре, быстренько его раскочегарив. В принципе, можно было обойтись одним только плетением, но я использовал его только для розжига шишек, так чай однозначно получался вкуснее.

— Итак, с чем пожаловали? — когда мы наконец устроились за столом, и сделали по глотку чаю, поинтересовалась она.

— Как вы правильно заметили, Эльвира Анатольевна, у меня есть к вам просьба. И весьма необычная.

— И почему меня это не удивляет, — хмыкнула учитель фехтования воронежской гимназии. — Говорите, Пётр Анисимович, что вас привело ко мне?

— Просто вспомнил ваш рассказ о том, что во время поисков детей вы побывали в Константинополе, поэтому хотел просить вас, чтобы вы проводили меня туда.