Константин Калбанов – Шелест 4 (страница 39)

— Я буду куда полезней вашему величеству подле великой княгини.

Вполне логично, что я желаю сохранить свой прежний образ жизни и заниматься привычным делом.

— Не получится, — вздохнул царь.

Как видно он и сам рад был бы держать меня при ней, но имелись обстоятельства мешающие этому.

— Почему? — поинтересовался я.

— Вы же любовники, — не спрашивая, а констатируя, произнёс он.

— Да, — не стал я отрицать очевидное.

— Ты глупый что ли, братец? Она же увидит на тебе узор, и поймёт, что ты уже не ты.

— Но она не сможет увидеть узор. Потому что близки мы только в изнанке.

— Астральная любовь⁉ — а вот теперь он удивился.

— Да, — просто ответил я.

— Ваше величество, если она настолько доверяет ему… — начал было Шешковский.

— Помолчи, Степан Иванович, я и сам не дурак. Ну т-ты меня удивил, братец. Не ожида-ал.

Он выдвинул ящик стола, достал шкатулку, из которой извлёк серебряную коробочку с парой «Разговорников». Не мои изделия, а с бриллиантами и конструктом снаружи, но форма как раз придуманная мною, на дужке и с активирующим плетением. А нет, куда эргономичней, и сидеть будет гораздо удобней. Мастер взял за основу мою идею, но форму создал свою.

— Значит так, живи как жил, секрет узора храни, приказы получать станешь только от меня, — протянул он мне половинку амулета.

— Слушаюсь, ваше величество.

После чего последовал перечень требований и ограничений. Не таких жёстких надо сказать. Подавлять мою волю и превращать меня в спотыкающегося через слово болванчика Романов явно не собирался.

— И ещё, сдай в казну все излишки алмазов. Хотя я слышал, что у тебя даже лошади защищены амулетами. Их то же сдай в казну.

— Но я не смогу объяснить это её высочеству. Именно благодаря амулетам наш полк не потерял ни одного животного и сохранил подвижность в Диком поле, а один эскадрон лёгкой кавалерии сумел опрокинуть целую тысячу ногаев. Она просто не поймёт если я пожелаю поступить подобным образом.

— Ладно. Тогда только излишки, — подумав немного, согласился царь

— Слушаюсь, ваше величество.

— И ещё. «Разговорники» ладить прекращай. Отныне это монополия казны.

Вот же крохобор, чёртов! М-да. Вообще-то, положа руку на сердце, не такая уж и высокая цена за возможность усыпить бдительность царя. У меня ведь ещё и алмазы имеются. В конце концов, можно найти другого купца в той же Европе. Ну или для вящей безопасности в Крыму, Турции или Аравийском полуострове. Но вот так просто отдавать прибыльное дело нельзя. Как раз это-то и может возбудить подозрения.

— Но ваше величество, изготовлением амулетов занимаюсь не я, а другие одарённые, и это едва ли не единственная статься дохода великой княгини. Сомневаюсь, что мне удастся убедить её отказаться от амулетов.

— А батюшка что же не сможет ей помочь?

— Сможет конечно. Но она к нему не станет обращаться, потому как между ними случилась ссора, и она всячески желает показать свою самостоятельность. В отношении же амулетов, можно наладить параллельное производство. Мы и без того ожидали скорый спад спроса и то, что вскоре секрет конструкта всё же раскроют. А спрос будет удовлетворён ох как не скоро.

— Хм. Ладно, пусть будет так, — после минутного раздумья согласился царь.

Нужен ему выход в южные моря. И пуще всего он желает прекратить набеги со стороны Дикого поля. А для этого нужна сильная Долгорукова. И уж тем более при том, что есть кому за ней присмотреть.

Глава 10

— Где мой молочный брат? — поинтересовался я, когда мы вышли из кабинета царя.