Константин Калбанов – Реформатор (страница 85)

Копье осталось в теле кочевника, обломившись в локте от его кисти. Михаил отбросил обломок, опустил руку. Рукоять меча на темляке послушно ткнулась в ладонь. Следующего противника он полоснул снизу вверх, вскрыв грудную клетку.

На третьего навалился массой своего коня, дезориентировав его, а потом, привстав в стременах и наклонившись вперед, насколько это только было возможно, рубанул наискось. Достал лишь кончиком острия, но вышло знатно. Он почувствовал, как сталь разрубила несколько ребер. При должном лечении рана не смертельная. Да только где же у половцев нормальные лекари. Они с болячками животных лучше разбираются, чем с людскими.

Сшибка вышла скоротечной. Если не сказать стремительной. Казалось, не успели сойтись грудь в грудь, а врагов уже не стало. Михаил вложил в рот свисток и подал сигнал «все ко мне». Вовремя. Часть пограничников увлеклась и ринулась в погоню за бросившимися в бега половцами.

По накатывающей сотне половцев, наконец сбившейся в достаточно плотную массу, выпалили несколько пушек. Разлет у стрел большой, перерасход серьезный. Но и обстрел куда более действенный, чем у пары-тройки стрелометов. А тут еще и уже изготовившиеся к бою русичи.

Половцы предпочли отступить, отстреливаясь из луков. Тем паче что имели какую-никакую фору. Михаил решил их не преследовать. Лишнее это. Противник потерял не меньше семи десятков воинов. Потери пограничников более чем скромные. И исчисляются только ранеными. Причем тяжелых среди них нет.

Хм. Вон и парочка, из-за которых все это завертелось, целы и невредимы. На воронении доспехов видны насечки от прилетевшей стали. Вид ошалевший. У Антона лицо в крови, но это из разбитого носа. А так ничуть не пострадали.

— И что теперь? — поинтересовался Бобров, когда Михаил вернулся в лагерь.

— Ну, с полсотни запасных лошадей у нас есть. Поменять им упряжку и пусть возвращаются к прежнему занятию, — ответил Романов.

— А если опять?

— Тогда опять, — пожал он плечами.

К концу дня стало понятно, что идея с тачанками, показавшаяся Михаилу такой заманчивой, провалилась. Стрелометы не обеспечивали необходимую дальность для того, чтобы оттеснить противника на достаточно большое расстояние. Пришлось вновь вводить в дело пушки. И тут уж все вышло как надо. Шарукан был вынужден оттянуться подальше, возложив обязанность по блокаде лагеря на разъезды. Какая разница, как далеко находятся основные силы половцев, если русичи продолжают сидеть в своем лагере, лишенные воды.

Глава 19

Кровавая жатва

Вопреки ожиданиям Шарукана русичи и не подумали отсиживаться в осаде. На рассвете следующего дня после отвода основных сил половцев пограничники в считаные минуты свернули лагерь и продолжили свой путь в прежнем направлении.

На этот раз они двигались двумя параллельными колоннами по две повозки с интервалом порядка десяти метров. Между колоннами около полутораста метров. Причем проделано это было настолько слаженно, что говорило о серьезной подготовке. Недаром все же задержали выход на целый месяц.

Впрочем, не успели пограничники отойти на полкилометра, как кочевники зашевелились. Незначительные разъезды попытались было воспрепятствовать этому маневру. Но русичи отогнали их без труда. Тем оставалось только сопровождать их, держась на почтительном расстоянии.

Но когда на подходе появились основные силы, над колоннами разнесся тревожный звук трубы. По этому сигналу пограничники вновь начали сбивать повозки. Но на этот раз не в круг, а в два прямоугольника. Колонна быстро уплотнялась, сокращаясь более чем вдвое. Лошади отворачивали чуть в сторону, оказываясь во внутреннем пространстве и укрываясь за впередиидущими повозками. Две головные поворачивали друг другу навстречу, после чего коноводы уводили животных в просвет подвижной крепости.

Михаил поднялся на стремянку, разложенную на одной из повозок и выполняющую роль эдакой наблюдательной вышки. Половцы были уже на подходе. Сунув в рот свисток, подал сигнал на открытие огня, и тут же раздались громкие хлопки шести пушек, обращенных в сторону противника. Стрелы с уже привычным шелестящим свистом улетели к цели.