Константин Калбанов – Пилигрим 4 (страница 70)

Вообще-то следовало бы начать с этого ублюдка. Все указывало на то, что он наиболее опытный. Но он стоял слишком уж неудобно, прикрытый этим самым углом дома и другим воином. Будь даже у Михаила три руки, его все одно пришлось бы оставлять на потом. Конечно можно попробовать обойти, занимая более удобную позицию. Но тут уж слишком большой риск быть обнаруженным.

Опыт, как и половое бессилие приходит с годами. Только молодой и горячий рвется в бой, толком не разобравшись, что собственно говоря происходит. А еще может посчитать предосудительным отступление или призыв о помощи. Впрочем, такие в основном долго и не живут. А вот этому уже перевалило за четвертый десяток. А дожить до таких лет при его ремесле с молодой горячностью не получится.

Поэтому он предпочел спастись, и поднять тревогу, предупреждая об опасности остальных товарищей. Ну и надеясь, что те придут к нему на помощь. Не хорониться же им теперь от каждого шороха.

Вот только остальные и не подумали лезть в драку. Видать тоже мудрые. Ну или пугливые. Едва укрывшийся подал сигнал тревоги, как от городища послышались сначала встревоженные выкрики, а потом топот не меньше десятка лошадей.

Несколькими секундами спустя Михаил заметил всадников, несущихся во весь опор в строну недалекой опушки леса. Вскинул лук, и послал вдогонку стрелу. Дистанция порядка ста пятидесяти метров. Далековато. С ним в стрельбе из лука конечно мало кто сравнится. И стрелы в саадаке не из обоза, а лично выделаны. Только и мишень не стоит на месте. Так что, попасть он вроде и попал, но в то же время, сразу понял, что лишь ранил одного из всадников. Впрочем, придал ускорение как ему, так и остальным. И то хлеб.

Основное население успело убежать и укрыться в городище на окраине деревни, обкопанном неглубоким рвом и окруженным частоколом. Взять в ограду всю деревеньку больно уж хлопотно. Вот и построили небольшое укрепление с вышкой и наблюдателем. Там же хранили какое-никакое оружие, в основном копья.

Опасность приметили поздно. Но тем не менее жители успели сбежать под ненадежную защиту стен. Только семье Прокопа и не повезло, так как враги пришли именно со стороны его дома. Трое остались разобраться с пленниками, остальные прошли к городищу, примериваясь к нему, и размышляя, стоит ли терять время на возню с местными жителями. Вот тут-то Романов и появился.

Все задуманное Архипом прошло как по писанному. Офицеры приведенные по приказу пленного сотника, довольно быстро сообразили что к чему. Любое подразделение, каким бы монолитным не выглядело со стороны, всегда имеет свои противоречия, и противоборствующие группировки. Иное дело, что напоказ это не выставляется, и сор из избы не выносится.

Так что, очень скоро бывшие пленники подтянули своих сторонников, и уже через пару часов контроль над полком был полностью восстановлен. Вот если бы пришлые попытались проделать нечто подобное и призвать надельников оставаться верными присяге, то из этого скорее всего ничего не получилось бы. Но когда перед личным составом выходят те, кто с ними съел не один пуд соли, то отношение к их словам уже совсем иное. Конечно, тут в немалой степени зависит еще и от красноречия. Но нашелся такой среди сотников.

И уж тем более дело пошло на лад, когда перед воинами повинились сами полковник и подполковник. Трудно им было не отвечать правдиво на вопросы, приняв на грудь зелье правды. Оно конечно, говорили они негромко. Но находящиеся в первых рядах все слышали и передали другим. Запираться глупо, все уже и так известно. Поэтому и сработало средство как надо.

Точно по такому же сценарию все сработало и в других мятежных полках. Потом был условный сигнал. Большой сбор, обеспечивший двойное превосходство над княжьими дружинами. Ну и разнесли их в пух и перья по отдельности.

Сотню особистов разделили на три части, распределив по трем полкам. Их главная задача состояла в том, чтобы не дать уйти князьям. А по возможности, так и вовсе захватить. С чем отряд в Червеньском княжестве с успехом и управился. Михаилу оставалось только поаплодировать их проворству. Как говорится, проделали они все в лучших традициях своего подразделения. Будет теперь кого представить на суд великому князю.