Константин Калбанов – Одиссея (страница 71)

— Эка вспомнил. Загляни на сайт посольства. Начали набирать на следующий. Сказочники вовсю стараются, рассказывая об обетованной Америке. И желающие поверить в это все еще находятся. Это же страна эмигрантов. Вот и не изменяют янки своим принципам.

— Странно. Ладно Новая Зеландия, ограниченная и обособленная территория, сравнительно небольшое население. Навести порядок здесь куда проще. Америка же… Вообще-то во всех постапокалиптических сценариях там начинается разгул преступности, местные царьки-диктаторы и тому подобные прелести.

— И все это недалеко от истины, Ковбой. Больше того, я уверен, что такая картина будет повсеместно. Даже здесь она прослеживается. Далеко не вся территория контролируется правительством. Эмигрируют же в основном те, кто будет лоялен к американским властям. Таким образом они восполняют людские ресурсы. На сегодняшний день самый эффективный способ.

— Но тогда получается, что генерал-губернатор лично избавляется от лояльно настроенного населения. Глупость какая-то.

— Вопрос в цене. Ходят упорные слухи, что в обмен на какое-то количество народа американцы готовы предоставить новозеландцам технологию и оборудование для клонирования. Согласись, получить здорового и крепкого клона в течении девяти месяцев куда предпочтительней, чем ждать двадцать лет. Опять же страховка для представителей власти.

— Соглашусь, что за подобную технологию не жаль отвалить и половину выжившего населения.

— То-то и оно.

— Но это не объясняет, почему Лацис решил задержаться здесь из-за меня?

— А между тем все просто, Ковбой. Орк остается здесь. Хочется тебе того или нет, но ты являешься членом нашей команды и должен будешь заменить его в строю. Тащить же на себе обузу себе дороже. Вот и решил сержант тебя малость поднатаскать. Даже Энрико, которого ждут сестры, возражать не стал. Да оно и правильно. Путь нам предстоит тот еще. А время… Поверь, если бы тот борт был единственным, Латыш так не поступил бы.

— А смысл? Первый уровень — это всего лишь база. Или он решил задержаться здесь еще дольше, пока не поднимет меня на второй?

— База, парень, это уже ой как немало. Ты уже сейчас можешь с полной выкладкой отмахать с три десятка километров, перекрыв все армейские нормативы с лихвой, и надрать задницу элитным бойцам не такого уж и далекого прошлого.

— Шутишь?

— Нет. Конечно, тебе уступили бы не все, но уж больше половины точно. У тебя только один существенный недостаток. Все еще идет перестройка организма, на этом фоне повышенные энергозатраты, и тебе постоянно хочется есть. Но как только выйдешь на пик, все выровняется. Конечно, будешь есть побольше, но незначительно. Что же до следующего уровня, в идеале тебе не помешало бы поработать какое-то время на пике предыдущего. Закрепиться, так сказать. И лучше бы в боевых условиях. Иначе получишься скороспелкой. При равных условиях я на такого не поставил бы.

— Ясно.

— Вот и хорошо, что ясно.

— Но вопросы остались. Чем я должен буду отплатить за такое счастье, которым меня одарили не спросясь?

— Ты в команде. И по сегодняшним временам этим все сказано. Нам предстоит нелегкое и долгое путешествие. Так что не задавай глупых вопросов.

— Хорошо, спрошу иначе. Что МЫ должны будем местным?

— Ничего не должны. В смысле мы честно отрабатываем этот вопрос. Орк, если можно так выразиться, ушел в уплату за выданное нам снаряжение. — При этом Дог не смог сдержаться от ухмылки. — Касаемо же тебя… За прошедшие дни мы вытащили из дерьма и доставили в анклав сто двадцать пять человек. Как считаешь, стоят они базы и наномодификаторов для одного человека?

— Пожалуй.

— То-то и оно. Поел?

— Как видишь.

— Тогда спать.

Проснулся он полностью отдохнувшим. Что в общем-то удивительно, учитывая его дневные нагрузки. Но… Вот так у него теперь все кучеряво. Поспал пару часов — и не просто восстановился, но еще и подрос по характеристикам на процент, а где и на два. Малыши-наномодификаторы трудятся без устали.

Одевшись в полевую форму, полез в свой шкафчик за комбинезоном химзащиты. Давненько он уже не дышал свежим воздухом. Н-да. В смысле не гулял снаружи. Потому что дышать приходится строго через фильтры.