Константин Калбанов – Неприкаянный 4 (страница 91)
Доехал до Светланской и опять покатил по стиральной доске мостовой. В первую очередь в асфальт забираются улицы не имеющие покрытия. Так что, до главной улицы города дело дойдёт ещё не скоро.
Дерзко, по хулигански рявкнув мотором меня обогнал велосипед и утарахтел дальше по улице. Такие сегодня на улицах Владивостока и обоих столиц уже не редкость. И стоят не так чтобы дорого и обставят по скорости иные мотоциклы. Правда, только с одним велосипедистом, при большей нагрузке движок начинает сдавать.
Наладили линию и производим этот мотор в большом количестве. Получился он компактным, достаточно мощным и двойного назначения. В одной комплектации устанавливается на велосипеды. В другой, получается бензопила.
Ну что сказать, проехав по городу неполные две версты я чуть не на каждом шагу встречаю признаки нашего неуклонного движения вперёд. И это радует. Пусть Суворов постоянно пеняет мне на мою безответственность, изменения уже пошли и их не остановить. Одна только медицинская академия чего стоит. Да это такой прорыв, что мама не горюй…
Остановился у резиденции военного губернатора, и направился прямиком к широким ступеням высокого крыльца, с фронтоном и колоннадой. Швейцар, отставной служака, окинул меня беглым взглядом, и одарил приветственным полупоклоном и распахнул высокую массивную дверь. Меня тут хорошо знают, и препятствий чинить не стали. Войдя в холл, проигнорировал лестницу на верхние этажи и повернул вправо войдя в сумрачный коридор первого. Двери по обеим сторонам через равные промежутки, снующие по своим делам чиновники. Практически дойдя до окна в торце, постучал в дверь со скромной табличкой «управляющий канцелярии».
Едва вошёл в приёмную, как молодой человек в форме коллежского регистратора, низшего из гражданских чинов, оторвался от работы и окинул меня взглядом. Секретарь по обыкновению обложился бумагами, учётными книгами и конвертами с корреспонденцией.
— У себя? — спросил я его.
— Обождите, я доложу, — отозвался он, указывая мне на стул, и берясь за телефонную трубку.
Я не стал быковать. В принципе не имею такой привычки, а тут ещё и третий по значимости человек в области. А по сути, так и первый. Военный губернатор в гражданские дела практически не лезет, ему и своей епархии хватает. Эти заботы лежат на плечах его зама, вице-губернатора, проходящего по гражданскому ведомству и имеющему гражданское же звание. Управляющий канцелярией на этом фоне теряется и никогда не отсвечивает, являясь порученцем первых двоих. Но это смотря как подходить к своей работе.
Четыре года назад, путём больших усилий и весьма нескромных трат нам с Суворовым удалось пропихнуть на эту должность нашего знакомого, Котельникова Юрия Петровича.
Некогда он был хорошим судебным следователем, без каких-либо перспектив роста, хотя и сумел выслужить коллежского советника, что соответствует чину полковника. Перспектив карьерного роста из-за его характера у него не было. Зато имелся талант в раскрытии преступлений, что замолчать и затереть оказалось попросту нереальным.
Выйдя в отставку он прикупил себе небольшой особнячок, и стал содержать нечто вроде клуба по интересам. Игорные заведения в России под запретом, но у него собирался и играл весь свет Владивостока. Связей и знаний об оборотной стороне различных персон у Котельникова предостаточно, чтобы его предпочитали не трогать. А то и наоборот пользоваться услугами его дома. Развлечений ведь во Владивостоке не так чтобы и много. Окраина империи, как она есть.
И вот этому человеку, по долгу службы и в силу своего характера имевшего обширные связи среди, так сказать, среднего и низового звена чиновничьего аппарата, я и сделал предложение от которого он не смог отказаться.
В смысле, отказался и не раз. И даже не два. Мало того, я был послан в известное путешествие, причём открытым текстом. На дуэль вызвать не стал, но морду ему набил, хотя и он мне губу раскровил. Потом выпили мировую. Поговорили по душам. Опять поссорились. Словом, я его всё же уговорил. Вернее не я, а Суворов. Со мной точно дело дошло бы до дуэли. Только я вовремя пожаловался Михаилу Ивановичу и расписал перспективы, а уж он за какой-то час уломал Котельникова. Обидно, йолки.