Константин Калбанов – Неприкаянный 4 (страница 59)

В отличии от Ван Сяоли в Чифу, Владивостокский авторитет триады Сяо Чжань устроился не с таким комфортом. Впрочем, его товарищ по организации содержал игорный дом для чистой публики с толстыми кошельками и должен был соответствовать. Здесь так высоко китайцам всё же подняться не давали. Впрочем, вряд ли это объясняет тот факт, что он устроился в подвале. Да и чёрт бы с ним.

Китайцы это закрытое сообщество, и у них закон омерты куда жёстче чем у сицилийцев. Поэтому я понятия не имею как именно Казарцев сумел добыть сведения об этом подземном ходе. Ну не сумасшедший же Сяо Чжань, чтобы намерено загонять себя в ловушку с одним входом. Имелся у него путь к отступлению, по которому я сейчас и шёл со своими ближниками.

Остальные обложили неоштукатуренный дом красного кирпича, перекрыв ещё один выход, лестницу ведущую в одну из квартирок на первом этаже. Оттуда можно было подняться и выше, после чего перебраться в соседний дом, оттуда в ещё один, где опять спуститься в подвал и уйти другим подземным ходом. Нет, я однозначно не прогадал с Казарцевым.

Ход оказался удобным, обложенным красным кирпичом со сводчатым потолком. Как-то сомнительно, что строители изначально предусмотрели подобное, значит китайцы изготовили его уже когда заняли данное здание. Весьма занимательный народ. Вдобавок ко всему ещё и мстительный, поэтому с ними нужно поаккуратнее. Сейчас делать их жёстко пока ещё не время. Но с другой стороны, следует обозначить границы за которые им лучше не заступать.

Мягкая обувь ступает по каменному полу совершенно бесшумно. Вскоре впереди появился выход занавешенный ковром. Не опасается хозяин подвала удара в спину, а закрытая дверь может задержать при бегстве. Но она в наличии, набранная из толстых дубовых плах и распахнутая настежь. Проскользнув в проход её нужно просто захлопнуть и три массивные щеколды наглухо перекроют проход преследователям. Мгновение и только взрывать или долго и упорно прорубаться топором.

Первым шёл я. Парни пытались оттеснить меня, но у них ничего не получилось. С августовских событий уже пять месяцев прошло, за всё время из веселья только споры с выборными рабочих, тренировки по рукопашке, да стрельба на полигоне. Всё. Дальше одна сплошная рутина. Скучно.

Откинув ковёр я разом охватил представшую картину. Сидящий ко мне спиной авторитет корпит над какими-то конторскими книгами. Двое телохранителей стоят у входной двери и лестницы в квартиру. Как и ожидал из тайного прохода Сяо Чжань никого не ожидал. А вот не стоит так-то расслабляться и излишне верить в себя.

Охранники мгновенно среагировали на откинувшийся ковёр и бросились на меня, выхватывая ножи. Я конечно взял с собой револьверы, но до поры прибрал их подальше. Одно дело повздорить с триадой да разойтись краями, и совсем другое поссориться. А кровь они не забудут. Не в их это правилах, договариваться с теми, кто взял жизни их братьев.

Шаг, и ребро ладони опустилось на основание шеи полноватого китайца, достаточно преклонного возраста. Шаг в сторону и отбив выпад ножом ударил нападавшего по горлу. Я уже достаточно долго в этом теле, так что успел восстановить все свои бойцовские навыки. Но противник оказался ловким, сумел уклониться и сходу контратаковать левой рукой. Отклонившись назад и разминувшись с кулаком телохранителя, пнул его в пах. Тот переломился в пополам, и сразу огрёб по загривку, отправляясь в нирвану.

Влетевший вслед за мной Ложкин ещё возится со вторым, двинувшимся с другой стороны стола. И там всё довольно неоднозначно. Было, до того как Будко перемахнул через стол, и навалился на телохранителя слева. Тот сменил тактику, чуть довернув корпус, и теперь противостоял двум противникам. Бился довольно грамотно и видно, что боец матёрый. Но моим парням хватило тех нескольких приёмов которые я вогнал им в подкорку, а они затем закрепили науку в кабацких драках, используя наработки в различных связках.

Несколько секунд, и китаец осел лишившись сознания. Тут же затрещали наручники охватывающие запястья. С обезвреженными мною авторитетом и другим телохранителем тоже самое уже произвели Снегирёв и Казарцев.