Константин Калбанов – Неприкаянный 2 (страница 66)
Однако Эссен проявил некоторое своеволие, и вместо того чтобы провести стрельбы из бухты Тахе, промахнулся на какой-то десяток миль и выдвинулся в бухту Сикау. Спору нет, обстрел позиций понаделает шуму, и заставит генерала Ноги суетиться, нервничать, подтягивать части в ожидании атаки русских. Но, по сути, на этом всё и закончится. А вот обстрел Дальнего, это уже совсем другое дело…
На высоте в сотню сажен подъём прекратился. Я ещё раз осмотрелся. В десяти милях от нас к северо-востоку приметил четыре миноносца и две канонерки. Нас они видеть не могут, из-за береговой линии. Полагаю, что японцы протралили-таки себе проход в нашем минном заграждении, для вящего своего удобства, не бегать же всё время в круговую, и теперь охраняют проход в бухту Талиенвань.
В море шесть миноносцев, три крейсера, и семь транспортов. Все они разбросаны на различном удалении, и имели разные курсы. Если коротко, то не представляли ни опасности, ни интереса. Ну, разве только я на «ноль втором» мог бы отправиться на охоту за парочкой грузовиков, и пободаться вон с тем одиноким миноносцем.
Нужно же проверить, чего стоит в бою моя новая пушка, и имело ли смысл отказываться от прежней. А то знаете ли обидно слушать насмешки от того же Николая Оттовича. Правда, он всё же сумел отстоять перед Витгефтом моё право на замену орудия, обосновав это тем, что основным вооружением катера всё же являются самодвижущиеся мины. За что ему отдельное спасибо.
Увы и ах, но «Варяг-02» не моя собственность. И всем как-то наплевать на то, сколько я вбухал в него своих личных средств. Меня ведь никто не заставлял и даже не просил об этом. Сам. Всё сам. А катер, между прочим, числится на балансе эскадры, и за него казной уплачено.
Потопил столько вражеских судов и кораблей, что оправдал все вложения многократно? И какое это имеет отношение к казённым деньгам? Его, к слову, и покупали как боевую единицу. И вообще, если бы не эти переделки, то у «ноль второго» и близко не было бы подобных поломок.
Согласен. Дурдом. Но такова реальность. Если уж у Макарова не получилось продавить компенсацию, то что уж говорить об Эссене. Хорошо уже то, что меня не привлекли к ответу, за столь вольное обращение с казённой собственностью. Я конечно подстраховался, но было бы желание, а уж привлечь к ответу какого-то там мичманца, даже с учётом покровительства великого князя, особых сложностей не представит. Тем паче, что Кирилл укатил в столицу, получил свой орден, и не вспомнит обо мне. Если не то не найдётся веская причина.
С другой стороны, в таком подходе есть зерно истины. Катер сырой, его эксплуатация сопровождается частыми поломками и ремонтом. Как прикажете принимать его на вооружение? И ведь он не был построен с нуля. Чтобы получить этого капризного уродца, пришлось испортить вполне себе штатную боевую единицу…
До Дальнего всего-то четырнадцать вёрст. День ясный, воздух чистый и звонкий, видимость миллион на миллион. Так что, я могу рассмотреть всё если не в деталях, то достаточно хорошо. Вон угольный склад, выгоревший практически дотла. Подоспевший дождь сумел спасти лишь незначительную часть. Сейчас японцы активно восполняют запасы топлива, в порт регулярно заходят угольщики, а чёрная гора растёт день ото дня.
В тупиках, где я спалил вагоны, копошатся рабочие словно мураши. И судя по всему немалая часть подвижного состава пойдёт в утиль, как досталось и самим путям. Так что, мало самураям того, что нет паровозов, ещё и от вагонов остались рожки да ножки. Что-то там конечно они захватили, что-то восстановят, но в сравнении с известной мне историей, достались им крохи.
На сгоревших складах заметны уже приближающиеся к завершению ремонтные работы. Дерево-то выгорело, но кирпичным стенам ничего не сталось. Правда, я потом добавил ещё и миномётным обстрелом, но какие повреждения от него, а какие от диверсии при отступлении, отсюда не разобрать…
– Казарцев, передай на «Севастополь», что я к работе готов, – произнёс я в гарнитуру.
– Принял, ваш бродь, – послышалось в головном телефоне.
Сигнальщик передал трубку Дубовскому, а сам подступился к прожектору и начал отстукивать сообщение на броненосец. С того подали короткий сигнал, о принятии сообщения и вскоре грохнуло носовое орудие, отправляя в полёт чугунную болванку. А чем ещё пристреливаться? Не фугасом же в самом-то деле палить. Их не так много как хотелось бы. А вот избавиться от чугунных болванок и вместо них в погреба загрузить что-то более существенное совсем не помешает.