Константин Калбанов – Неприкаянный 2 (страница 36)
– Гранату! – выкрикнул я.
– Есть гранату! – не менее громко отозвался оглушённый Ложкин.
Несколько секунд и на палубе рванул первый снаряд. Триста семьдесят грамм бездымного пороха сложно назвать фугасом. Но и это весомо, просто за щитом или трубой как от шрапнельных пуль, не укрыться. Скорость у снаряда медленная, траектория крутая, зато разброс вполне приемлемый, а палуба достаточно большая, плюс возвышающиеся надстройки, ну и стреляю я со стационарной позиции, в полигонных условиях.
Гранаты рвались на палубе и надстройках одна за другой. И хотя скорострельность была ниже, чем у пушки Канэ на «Сердитом», тем не менее эффект вышел ничуть не хуже. Когда раз за разом на ограниченном пространстве достаточно увесисто рвутся снаряды, это может сломить и по-настоящему мужественных моряков, каковыми без сомнения и являются японцы.
Восьмидюймовки в очередной раз увесисто бумкнули, и на этот раз один из чемоданов прилетел в валун. Мне даже показалось, что тот не выдержит такого напора и рассыплется в щебень. Однако тот лишь вздрогнул, но выстоял. Нам уже привычно прилетело по ушам. Впрочем, куда более весомо, чем в прошлый раз, потому что басовитого жужжания осколков стали и камня мы не расслышали.
Впрочем, близкий разрыв ничуть не повлиял на нас, разве только вышла заминка, и чуть снизилась скорость перезарядки. Не слыша друг друга, мы действовали достаточно чётко и выверено. Вновь рявкнула пушка и к цели унеслась очередная граната, попавшая на этот раз точно в цель. Из-за низкой скорости, снаряд летит по достаточно крутой траектории, и мне удалось всадить его по высоте примерно в середину бронированной боевой рубки. То есть, позади полубашни главного калибра, как результат осколки сыпанули по обслуге орудий, и судя по всему наворотили там бед.
Следующий ударил в трубу, проделав в ней рваную дыру, и обдав зазубренным чугуном комендоров у сорока семимиллиметровок. Мелкий калибр и не думал отмалчиваться, но толку от их болванок никакого. Одни падали с всплесками в воду. Другие глухо ударяли в гранит, откалывая от него куски, и вгрызаясь в плоть. Третьи с хлёстким щелчком рикошетировали, уносясь прочь с басовитым шуршанием шершня.
Таких пушчонок с левого борта четыре, вот только вести по нам сколь-нибудь скорую, и уж тем более эффективную стрельбу у них не получалось. Их небольшие щиты ещё могли бы защищать от осколков и шрапнели летящих с фронта, но с тыла матросы были беззащитны. Из-за частых попаданий, сначала шрапнели, а потом гранат, о скорой стрельбе говорить не приходилось.
К слову, на палубе было не так уж и много народу. Похоже команда «Цукубы» находились на жилой палубе, чтобы не создавать скученность. Как-то сомнительно, что старенький корабль не затонул подорвавшись на мине. А иной причины его отсутствия я не вижу. Благодаря этому у самураев нет проблем с резервами, и несмотря на серьёзные потери, а это непреложный факт, недостатка в комендорах канонерка не испытывала.
Я наблюдал, как споро выносили раненых и убитых из носовой полубашни, в то время, как в ней скрылись здоровые и злые комендоры, готовые порвать нас как тузик грелку. Отправляться в атаку сейчас не имело никакого смысла. Судя по тому как последующие снаряды рванули рядом и непосредственно на валуне, наводчики у японцев хорошие, и не стоит спешить рваться в открытую атаку.
В то же время, миноносцы прекратили обстреливать позиции пятого полка, и развернулись в нашу сторону, открыв огонь уже по нам. Сам «Сай-Иен» начал отворачивать от нас, забирая мористее. Похоже у меня не получилось заткнуть его пушки, чтобы провести торпедную атаку. И оставаться на этой позиции дольше тоже не получится. Пока эффективность обстрела с миноносцев оставляет желать лучшего, но как только они сблизятся, то нам небо в овчинку покажется, а «ноль второму» много-то и не нужно.
Следующие три выстрела принесли не только три попадания, но и оказались более чем результативными. Первый вновь угодил в трубу, проделав там очередную рваную дыру, из которой дыма заволакивающего палубу стало значительно больше, а ход канонерки снизился. Второй рванул рядом с кормовым орудием, отчего-то лишённым щита, и как результат досталось всему орудийному расчёту. Третий, как бы это ни было невероятно, угодил прямиком в минный аппарат левого борта, вызвав детонацию боевой части торпеды.