Константин Калбанов – Наперекор старухе (страница 66)
Так вот батареи встали на стоянку, не доезжая до станции, и заметно, что они там базируются постоянно. Как показал осмотр с почтительного расстояния, мои выводы оказались верными. Какой-то шорох диверсанты, конечно, наведут, но вырваться из такой массы войск будет попросту нереально. Что до меня, то я не настолько адреналина адреналинозависимый, чтобы бросаться голой задницей на меч.
Кораблям достать этот участок не получится, так как он находится в мёртвом пространстве горы Поворотной. Потому-то от Тюйдатуна и повели боковую ветку, что она всё время идёт под прикрытием высот. Их если и смогут достать, то такие же мортиры. К слову, у нас они имеются, и толку от них на Золотой горе хрен да маленько. Вот если бы, как и самураи, поставили их на железнодорожные платформы, тогда совсем другое дело.
В полночь мы подали условный сигнал фонарём. В ответ сверкнуло только раз. Мне этого оказалось достаточно, чтобы определиться с направлением и вывести лодку точно к «Скату». Далее трёхчасовой переход в надводном положении, и мы вошли в гавань Артура. Для разнообразия нас никто за японцев не принял, и стрельбу по подвижной мишени не отрабатывал.
Когда подошли к Тигровому, по позднему времени все уже спали. Но я безошибочно определил, что территорию мастерских опять обстреливали морские пушки, наведя ещё больший хаос. Вот же с-суки! Я с вами ещё посчитаюсь.
Будить никого не стали. Оставили хозяйство на Харьковского, а сами с Налимовым отправились в гостиницу. Полагаю, что как минимум горячий душ и часа четыре сна в постели мы заслужили. А там с утра на доклад, вносить правки в изначальный план и готовиться к очередному выходу.
Глава 17
Была кость в горле…
На этот раз на высоте нас чёртова дюжина, прибывшая на двух лодках. Я с Казарцевым для связи с Дагушанем и «Скатом», Родионов с неизменной кинокамерой да десяток пограничников во главе с Лоздовским при четырёх ручных пулемётах Горского и одном миномёте. Дальность у трёхдюймового образца достаточно скромная, но никто и не планировал с его помощью громить артиллерийские парки. Он нужен сугубо для самообороны, а в том, что нас попытаются раскатать, сомнений никаких.
Ещё раньше высадились две группы по четыре человека, которым предстояло добраться до намеченных участков железной дороги. Первую возглавил знакомый мне Хватов, вторую повёл унтер, с которым мне пересекаться не довелось. В роте Лоздовского хватает как безвозвратных потерь, так и раненых, вот и восполнили из других подразделений.
Сам поручик остался при мне. Так-то порывался лично в диверсанты податься, но погранцы технично его оттёрли в сторонку. Мол, каждый должен заниматься своим делом, и негоже офицеру по тылам шляться, коли нужды в том нет.
Молодцы, что тут ещё сказать. Правильный подход. И вообще офицера, готового впитывать и воплощать новое, нужно оберегать и способствовать его карьере. Дубы и лизоблюды сами пробьются. Пара-тройка мирных лет, и попрут, как грибы после дождя. А такие, как Лоздовский, только в годину и раскрываются. Да и не сидится им на месте ровно. Даром, что ли, у него не сложилось в армии, и он подался в пограничную стражу. Тут ведь и в мирное время случается всякое.
Ночь выдалась бурная. Высадились в двадцать один час и до шести утра с перерывом на приём пищи занимались рытьём стрелковых ячеек. А ещё успели их соединить неглубоким ходом сообщения, по которому только ползком и передвигаться, но хоть какое-то прикрытие. Хорошо земля не промороженная, и ветром её более или менее успело просушить, а то намучились бы и измазались, как порося. Впрочем, и так не сахар. С меня и каменистого грунта за глаза хватило…
В Артуре всё прошло относительно гладко. Командование приняло мой план и незамедлительно приступило к его реализации. Очень уж хотелось избавиться от японского артиллерийского кулака, превратившегося в настоящую проблему.
Самураи мало, что раскатали литейно-механические мастерские Горского, а потом ещё и на добивание отстрелялись, разрушив третью вагранку. Вдобавок к этому мортиры разнесли в клочья артиллерийские мастерские. Это второе по значимости производство, где изготавливались снаряды и производился ремонт пушек. Не то чтобы их нельзя восстановить, но на это потребуется время, хотя многое из станочного парка восстановлению не подлежит.