Константин Калбанов – Наперекор старухе (страница 101)
Не сомневаюсь, что японцам было известно об улыбнувшейся им удаче. Однако мы слишком долго не появлялись на поверхности, и течением за это время нас успело отнести достаточно далеко. Сейчас ведь не сороковые годы с их сонарами, способными засечь лодку, не лёгшую на грунт.
Как бы то ни было, но, справившись с проблемой, мы продолжили рейд и попробовали атаковать конвой с военными транспортами. И вот тут я был неприятно удивлён изобретательностью японцев. Вообще-то, чего-то подобного и следовало ожидать, ведь в годы Первой мировой до эрзаца глубинных бомб додумались в первые месяцы войны. Японцы же не дураки, это факт.
Сразу три миноносца атаковали нас подрывными патронами с огнепроводным шнуром. Самураи разбрасывали их в большом количестве по бортам и с кормы своих кораблей. Разок даже едва не накрыли. Во всяком случае, нас тряхнуло, хотя повреждений и не случилось. Хорошо хоть, от противокорабельных мин к тому моменту мы уже успели избавиться, а то ещё, чего доброго, разнесло бы нас в клочья.
Из-за назойливости истребителей и реальной опасности нормально прицелиться у нас не получилось, и выпущенные торпеды прошли мимо. А после перезарядки, которую мы могли провести только при всплытии, у нас уже не было шансов догнать конвой.
Так что я сделал соответствующие выводы и зарёкся ломиться в атаку на корабли, идущие с охранением. А у японцев оно всегда весьма плотное, в миноносцах они недостатка не испытывают. Торпедировать же эту юркую и манёвренную мелочёвку бесполезное занятие. Если только внезапно и практически в упор…
— Курс двадцать пять. Полный ход, — взяв телефонную трубку, приказал я.
Двигатели взревели, и пенный след за кормой стал куда гуще. «Скат» начал постепенно ускоряться, волна балла в три, но из-за увеличения хода вода всё чаще начала перекатываться по верхней палубе, разбиваясь об орудийную площадку. Иногда брызги начали долетать до поднятого ветрового стекла ходового мостика.
Ну что же, господин Хэйхатиро Того, пора мне выходить на охоту. Во время боя ваши миноносцы и лёгкие крейсера будут держаться со стороны не стреляющего борта основных сил. А значит, я вполне могу войти в промежуток между дерущимися эскадрами и атаковать. Позиция эта относительно безопасная. Я просто не представляю, насколько нужно быть косоруким, чтобы стрелять с недолётом в пару кабельтовых. Так что кто не спрятался, я не виноват.
К слову, шансы на удачу у меня теперь куда выше. После последнего похода я успел установить два кормовых решётчатых минных аппарата. Пришлось опять малость поколдовать с балансировкой лодки, но в результате у меня появилась возможность шести выстрелов без перезарядки против четырёх прежде. Правда, количество запасных торпед не изменилось.
Плохо то, что мои шесть торпед это и всё, что мы сможем противопоставить японскому флоту, ибо, перезарядившись, нам японцев уже не догнать. Если только в надводном положении, но это самоубийство, на которое я не пойду ни при каких раскладах…
После посещения Чифу и получения торпед у Вирена я решил поохотиться у Дальнего. А чего далеко ходить. Тем паче что в Корейском проливе нашего нападения ещё можно было ожидать, а вот у Ляодуна уже нет. Но меня ожидало горькое разочарование, так как самураи не отказались от системы конвоев, и охранение тщательно следило за морем. Нас обнаружили, и истребитель прошёл над «Скатом», повредив его перископ. Ни о какой атаке после такого нечего было и мечтать. Костеря японского командира на все лады, мы вынуждены были вернуться во Владивосток несолоно хлебавши.
К слову, нейтральные страны, и Франция в том числе, объявили, что впредь подводные лодки воюющих сторон в их порты смогут зайти только при условии интернирования до конца войны и никак иначе. А без дозаправки возможности «Ската» сильно уменьшались.
По возвращении мы узнали весьма занятные новости, о которых не больно-то распространялись. Оказывается, ещё до сражения при Сандепу, на довольно протяжённом участке Транссибирской магистрали было совершено множество диверсий. Взорвали четыре железнодорожных моста и имели место подрывы железнодорожного полотна. Даже один из эшелонов пустили под откос.