Константин Калбанов – Мичман с «Варяга» (страница 99)

— У всех предметов есть свой центр тяжести, нужно только поймать баланс, и всё получится, — подтвердил я.

— Ты так говоришь, будто это проще простого.

— Нет, конечно же. Будь просто, и это мог бы проделывать любой.

— И как ты научился?

— А тут мне повезло или не повезло, это смотря с какой стороны посмотреть, ваше высочество. Меня в голову ранило, уже и в мертвецкую снесли, а я выжил. Вот с тех пор у меня и начали проявляться разные таланты. К примеру, я стал стрелять практически без промаха из всего, что стреляет. А ещё всё, чему меня раньше учили, теперь вспомнилось, и я этому могу найти практическое применение. И катер свой переделал так, что он у меня ныне быстрее ветра.

— Так-таки и быстрее? — хмыкнул Кирилл.

— Тридцать восемь узлов. Он не ходит по воде, а летит над ней. А ещё есть парашют, этот реально летает, как воздушный змей. На восемьдесят сажен подняться можно, — похвастал я.

— Враки, — пьяно мотнув головой, не поверил Романов.

— Честное слово. Могу хоть прямо сейчас доказать, — горячо заверил я.

— А если не сумеешь?

— Тогда прилюдно сознаюсь в том, что я низкий лжец. Только я правду говорю.

— Ну и отчего же тогда мне раньше никто о твоём катере ничего не рассказал? — ввернул он убойный аргумент.

— Откуда же мне знать, ваше высочество. Может, завидуют? Я ведь мало что катер этот переделал по своим чертежам и на свои же средства. Так ещё и японцев бью так, что только пух и перья.

— Л-ладно. Давай тогда прямо сейчас и проверим, чего ты там наворотил. Борис, пошли на катере кататься, — позвал он брата.

— Нет уж. Море я оставлю тебе. Вот если бы ты конём ретивым меня решил удивить, тогда совсем другое дело. А в море, да ещё и зимой, это без меня.

— Уж первый день весны, — возразил старший брат.

— А как по мне, то ничуть не теплее, пусть тут и не лежат сугробы, — отмахнулся младший.

— Ваше высочество, сейчас ночь, — попытался воззвать к благоразумию незнакомый мне лейтенант.

— Ерунда. На небе ни облачка и полная луна, море спокойное. Если появятся японцы, то мы их увидим издалека, а высокая скорость позволит нам набрать полный ход и уйти под защиту береговых батарей. К тому же осадка у нас незначительная, и мы пройдём над любым минным заграждением, — горячо возразил я.

Великий князь уже заглотил крючок, нужно срочно подсекать, пока не сорвался. А что до несанкционированного выхода в море в военное время, то тут я был спокоен. Коль скоро Борису сойдёт ранение командующего, то Кириллу выходка с морской прогулкой простится и подавно.

Великому князю затея понравилась, и никакие уговоры не могли заставить его отказаться от своих хотелок. Мы прихватили с собой несколько бутылок коньяку и, вывалившись на улицу, устроились в экипаже. За нами пытались было увязаться и другие офицеры, но они в мои планы не входили, поэтому пришлось шепнуть на ухо Кириллу Владимировичу, что катер-то у меня невелик и пассажиров не потянет.

«Ноль второй» ожидал нас у причала. Смысла нет кататься на лодке, если можно сойти на него прямо с набережной. Тем более сейчас высокая вода.

— Илья, организуй нам стол, — протянул я своему нештатному вестовому две корзины со съестным и выпивкой.

— Слушаюсь, ваш бродь, — тут же подхватился он.

— Боцман, отходим.

— Есть, ваше благородие.

— Ваше высочество, я прошу прощения, у меня не крейсер, а потому каюта очень тесная.

— Зато достаточно просторно в кокпите. Мы устроимся здесь.

— Не слишком ли прохладно, ваше высочество?

— Нет, мне всё нравится.