Константин Калбанов – Мичман с «Варяга» (страница 100)

— Илья.

— Сей секунд всё исполню, ваш бродь.

Не прошло и минуты, как в кокпите появился складной походный столик, сноровисто накрытый сигнальщиком. Матросы простучали ботинками по палубе, разбегаясь по боевым постам и скрываясь в отсеках и носовом кубрике, чтобы лишний раз не отсвечивать перед высоким начальством.

Из котельного и машинного отделений послышалась возня. Загудел воздух в выхлопных трубах от разгорающихся топок. Так-то котлы у нас на подогреве, поэтому время подготовки заняло совсем немного времени.

— Боцман, отдать швартовы.

— Есть отдать швартовы, — откликнулся Харьковский.

Пока мы с великим князем опрокидывали по стопочке отличного французского коньяку, катер уже отошёл от причала и взял курс на выход с внутреннего рейда. Казарцев ловко отстучал сообщение, принял ответное и доложил, что путь свободен.

— Ваше высочество, не желаете лично встать к штурвалу? — спросил я.

— Непременно! — подорвался он.

Настроение у Кирилла было исключительным. Он поднялся на ходовой мостик и уверенно встал к штурвалу. Было заметно, что ему не впервой управлять таким катером. И это доставляет ему удовольствие. Тем более что мы сейчас набрали вполне себе приличный ход примерно в семнадцать узлов. С учётом того, что «ноль второй» скользит мимо других судов и кораблей, скорость ощущается особенно заметно.

— Андрей Степанович, что у нас с припасами? — тихо спросил я, когда великий князь взял на себя управление катером.

— Всё согласно вашему приказу, ваше благородие. Запасы угля, воды, масла и провизии в полном объёме, — отчитался боцман.

— Броне и спасжилеты забрали? — уточнил я.

— Так точно. Всё в наличии.

— Отлично. Ваше высочество, предлагаю выпить за начало нашего славного ночного приключения, — раскладывая штурманский столик и водружая на него коньяк, предложил я.

— Это будет как нельзя к месту. Ч-чёрт, Олег, у тебя получился исключительный катер. Такое удобство, а как он лёгок в управлении. Просто песня, а не катер!

— И это вы ещё не разогнались и не выставили его на крыло. Но сначала выйдем из гавани.

Мы чокнулись и закусили лимоном. Хотя, признаться, закусывать его совершенно не хотелось. Всё же качественный коньяк не обычное спиртное и не имеет ничего общего с водкой, кроме градусов.

— Ваше высочество, позвольте попросить вас пристегнуть ремень безопасности, — произнёс я.

— Для чего? — вздёрнул он бровь.

— Дело в том, что катер весьма быстрый и манёвренный. При резких манёврах вас может выбросить за борт, а вода нынче холодная. — Я показал, что хотя и сижу рядом, тем не менее уже пристегнулся.

— Он действительно настолько норовист? — всё ещё сомневаясь, спросил Кирилл.

— Как дикий мустанг, ваше высочество.

— Л-ла-адно. Давай поглядим, на что он способен, — позволяя себя застегнуть, согласился великий князь.

К этому моменту мы уже вышли на внешний рейд, и Казарцев отстучал световым кодом наблюдателям на берегу, кто мы. Не хватало только получить горячий привет от береговых батарей в виде гранаты. По своим они отчего-то промахиваются редко.

Я показал Кириллу рычаг акселератора и рассказал, как им пользоваться. И он без лишних разговоров поднял его в крайнее верхнее положение. Вода за кормой забурлила, катер начал быстро набирать ход, а вскоре плавно поднялся, встав на крыло и продолжив разгоняться.

Ветер в лицо, в глазах князя восторг. Он заложил резкий вираж, едва не положив катер на борт. Признаться, я даже испугаться успел, не улетит ли кто из команды в воду, а то и в отсеках могут до травм приложиться. Так-то о резких манёврах я всегда предупреждаю свистком. А этому придурку хоть бы хны. Только орёт от охватившего его возбуждения. Ну чисто глупый мальчишка, не понимающий, что его хотелкам есть предел, и последствия могут быть очень даже плачевными.

— Ваше высочество, предлагаю выпить.

Я тряхнул бутылкой и стопками, которые успел подхватить. Блюдце с нарезанным лимоном улетело за борт. Туда же отправилась бы и остальная закуска, но боцман с минным машинистом успели прибраться, когда мы перебрались к штурвалу.

— Выпить? Отличное предложение, — задорно произнёс он, выводя катер на прямую.