Константин Калбанов – Кречет (страница 64)
— Общее время изучения займёт восемь часов сорок пять минут, и завершится ориентировочно в двадцать три часа, — наконец сообщила мне администратор.
— Я это понимаю.
— Замечательно. Итак, за базы навыков с вас триста двадцать шесть тысяч кредитов. За аренду капсулы восемь тысяч семьсот пятьдесят. Вы готовы уплатить, или нуждаетесь в займе?
Ого! Даже не кредит, а сразу в кабалу под немилосердный процент. Вот так подпишет дурачок договор, а после будет хлопать глазками от удивления, а дамочка только плечиками пожмёт, она ведь честно сказала, займ, а не кредит. Ушлые ребятки на Китеже, что тут ещё скажешь.
— Благодарю, я готов уплатить всю сумму сразу.
— Превосходно, — смерив меня удивлённым взглядом, произнесла она.
Ну что сказать, я её прекрасно понимаю. Стоит перед ней девятнадцатилетний паренёк, пусть и в новенькой одежде, но явно из низкого ценового сегмента, и с лёгкостью разбрасывается неслабой такой суммой. Есть чему удивиться. Ну и конечно же, с чего огорчиться. К гадалке не ходить, она имеет процент с каждого оформленного займа. Как впрочем и кредита, но там уж наверное поменьше.
Из капсулы я вышел слегка ошалевший, от большого объёма вложенной в меня информации. В смысле, я пока понятия не имел, что там за знания, и с чем их едят. Для этого необходимо их практическое использование. Но голова слегка кружилась, и мне потребовалось какое-то время, чтобы прийти в себя. Скорее всего из-за того, что я впервые попробовал столь длительное нахождение в капсуле.
Впрочем, проблема легко разрешилась. Оператор предложил мне пройти в комнату отдыха, посидеть в удобном расслабляющем кресле и выпить укрепляющий напиток. Эта услуга изначально заложена в стоимость аренды капсулы. Так что, никаких дополнительных трат не повлекла. Но даже если бы и пришлось заплатить, я предпочёл бы расстаться с кредитами.
Зато через каких-то полчаса я вышел из здания бодрый и полон сил. Даже подумал, что теперь вряд ли усну. Но стоило только завалиться на постель в моём гостиничном номере, как я тут же уснул сном праведника. Похоже устал я куда больше, чем мне казалось, да и прогулка по прохладной ночной столице не прошла даром.
Только теперь я наконец понял Багета. Днём, при свете жаркого Ока это ощущалось не так остро, как ночью. Воздух на планете не идёт ни в какое сравнение с тем, чем приходится дышать на орбитальной станции или на корабле. Он тут по настоящему живой, бодрящий и… Вкусный, чёрт побери!
К штабу эскадры я прибыл вовремя. С КПП меня проводили в зал ожидания, где уже находилось десятка два награждаемых, от капитанов первого ранга, до рядовых, как я. Полчаса, и наше число возросло вдвое, после чего нас пригласили в центральный зал, где проводятся торжественные мероприятия эскадры, а так же балы, которые даёт адмирал.
В строй нас ставить не стали, а рассадили на стулья, выставленные рядами. Вызывали по одному к трибуне,где адъютант командующего зачитывал краткое описание деяния за которое следовало награждение. Находилась она на возвышении, чтобы все видели процесс награждения. В сторонке пристроилась стайка репортёров и представителей новостных каналов.
Признаться, я не ожидал, что все мы окажемся удостоенными боевых наград. Империя ведь не воюет. И тут вдруг более сорока отличившихся. И это только наша эскадра. Так что же творится в системе Глизе? Мир здесь или тлеет фитиль войны?
Помнится на присяге мне было как-то наплевать на торжественность момента. Я полагал, что главное это контракт, а остальное всего лишь навсего прилагающаяся бутафория. Но вот когда дело дошло до награждения…
Этот крест не побрякушка и не нарядная цацка из драгоценного металла. У него есть определённая цена. В нём мой страх и едва не случившаяся паника, он является напоминанием мне о том, что спасая жизни экипажа, я убил своего товарища. Когда мне прикалывали его на грудь, к горлу подступил ком и едва не скатилась предательская слеза.
Когда начали разносить бокалы с игристым вином, я взял один из них, и замахнул благородный напиток одним большим глотком.
— Не дело так пить вино, боец, — послышался рядом чей-то голос.