Константин Калбанов – Консорт (страница 110)

— Но мы ещё толком даже не закрепились.

— Новгород готов оказать вам в этом любую посильную помощь.

— Мы подумаем над этим, — переглянувшись со мной, ответила Мария.

— Пётр Анисимович, вы позволите на пару слов?

— Да, конечно, — согласился я.

— Вешняков подтвердил ваши слова, — когда мы отошли в сторону, заговорил он. — И да, вы были правы. Прежде чем оказаться на дыбе, он и впрямь представил достаточно убедительные доказательства вашей причастности к убийству моего отца. Как, впрочем, позже сознался и в сотрудничестве с Тайной канцелярией.

Об этом я знал. Благодаря «Поводырю» я лично слышал процесс допроса дьяка и остался доволен как его результатами, так и лютой смертью, принятой этой сволочью. Даже не обиделся на то, что тот умер не от моей руки.

— Надеюсь, нашим противникам всё же не удастся вбить клин между нами, — закончил князь Милославский.

— Об этом вам нужно говорить уже не со мной, ваша светлость, а с моей супругой. Я не приму княжеский титул, а останусь простым консортом, не имеющим касательства к государственным делам.

— Я знаю это, — многозначительно улыбнувшись, заверил он.

Церемонию планировали скромную, как и праздничный бал. Но в результате всё вылилось в народные гулянья. Причём незапланированные. Люди организовались вполне себе самостоятельно. Выносились из домов столы, выставлялись посредине улицы, соседи несли снедь, кто во что горазд, пиво лилось рекой, и всё за счёт гуляющих. Мария, узнав об этом, только вслед приказала выкатить бочки из казённых погребов. А куда уже было деваться-то.

К слову, народу в княжестве теперь стало не так чтобы и мало. За прошедший год наши вербовщики успели перетащить в новоявленное княжество порядка десяти тысяч человек. Причём отбирали при этом семьи без стариков, так, чтобы как можно меньше иждивенцев. Ведь все переселенцы поначалу оказывались на содержании казны, а это не такое уж и лёгкое бремя. Хватит солдатских семей, которые переправляли целиком.

Были и те, кто прибыл сюда самостоятельно, поверив распространяемым слухам. И хотя таковых набралось не больше сотни, тенденция более чем положительная. Мы вообще не рассчитывали на подобное в первый же год…

Месяц назад стало известно о том, что Ахмад-шах объявил войну султану Мустафе Третьему. Надо сказать, весьма деятельному правителю, который пытался провести в Турции целый ряд реформ, встретивших яростное сопротивление среди консервативной партии.

Одним из направлений было реформирование армии, чему едва ли не в открытую воспротивились янычары. А потому ему пришлось пойти по пути царя Алексея и начать создавать полки нового строя, ну или европейского типа. Дорогостоящая затея, но согласно полученным сведениям, прослеживались несомненные положительные тенденции. И благодаря нам в том числе. Захватив Азов, фактически дважды разгромив Батал-пашу и спалив Анапу, мы наглядно продемонстрировали, что османам нужно что-то менять.

Наблюдая с высоты птичьего полёта за разворачивающимся сражением, я обратил внимание, что турецкая армия где-то на две трети состоит из новых полков. Именно они вели слаженное наступление на правом фланге Ахмад-шаха и, похоже, должны были выдержать контрудар персов. Они же накопились на обратном скате холмов правого фланга Осман-паши, готовясь нанести сокрушительный удар. В обороне же находились части старой формации.

Иными словами, неудачи прежней армии и ошеломляющий успех новой должны были дать толчок к проведению военной реформы. Как результат, султан получит под свою руку преданную ему армию, а уж с таким-то козырем куда проще провести и другие реформы. Вот мы и собирались этому помешать.

Едва получив известие о начале войны между персами и турками, Уфимцев начал готовить экспедиционный отряд, чтобы в нужный момент оказать помощь нашему союзнику. В его состав вошёл первый батальон Дикопольского полка, сводный артиллерийский дивизион из четырёх гаубичных батарей, эскадрилья Соколов и более двух десятков прикомандированных офицеров. Мы в буквальном смысле этого слова создавали новую тактику боя, так что пусть поучаствуют лично, поглядят, а там, может, и внесут свои предложения.