Константин Калбанов – Колония. Ключ (страница 77)
— Разумеется.
Хрясь. Билла снесло, так словно по нему ударило стенобитное орудие. Ничего удивительного, если учесть что Александр превосходит его по массе в полтора раза, и вообще, Бог силушкой не обидел. Это всё равно, что взрослый мужчина от души врежет подростку. Но Ладыгин угрызениями совести по этому поводу не страдал. Даже если бы Билл и не слышал предупреждения, он заслужил это однозначно.
Едрит ангидрит!!! Больно-то как!!! Сразу четыре электрода на тонких проводах впились в его тело. Всё же, довольно тонкая шерстяная ткань, плохая защита это электрошокера. Когда тело перестало корёжить от боли, а красная пелена боли спала с глаз, Александр обнаружил себя лежащим на полу.
— Что это было? — Голос Фрэнка звучал как-то особенно громко. Наверное результат только что перенесённой электростимуляции организма.
— Я не доктор и не рентген, но если судить по моему опыту, перелом челюсти в двух местах, — приходя в себя и отползая на пятой точке в поисках хоть какой-то опоры, ответил Александр.
Спина и правая рука онемели и не желают подчиняться. Вот же волкодавы. Реакция у парней из сопровождения что надо. Пусть расстояние так себе, не больше пяти метров. Александр мог на вскидку назвать несколько случаев, когда с такого расстояния не могли попасть из нормального пистолета. Ого. Так это ему только показалось, что выстрелили оба. Второй держит свой шокер в готовности, но пока не разрядил его.
Хм. Стоило ожидать, что сюда будут отправлять в ссылку нерадивых. Именно от таких в первую очередь стараются избавиться начальники. Даже неугодных профессионалов стараются держать при себе, ведь кто-то должен работать.
Этих похоже приволок с собой Фрэнк. Уж больно злы в работе. Понятно и почему он решился-таки на близкий контакт с потенциально опасным клиентом. С такой-то охраной, отчего бы и не рискнуть наладить контакт.
— Я не о телесных повреждениях, всё так же строго глядя на Александра произнёс офицер АНБ.
— Да ладно. Не бери в голову. Завтра пришлют другого. Кстати, если опять увижу этого кретина, даже в медицинском воротничке, я найду что ему ещё сломать.
— И это не шутка. Правильно я тебя понимаю.
— Абсолютно. Хочешь начать меня ломать, или всё же удовлетворишься почти добровольным сотрудничеством.
— Скажи, ты делаешь это только потому что не способен полностью взять его под контроль?
— Ерунда. Представь себе картину. Ты случайно попадаешь в интересную ситуацию, при этом едва не отдав богу душу. Потом выясняешь, что получил возможность открывать дверь в другой мир. Затем у тебя рождается интересная теория и ты отправляешься выяснить так ли это. И когда хочешь просто уехать, какой-то мудак ломает всю твою жизнь. Ведь вы теперь хрен меня отпустите и вам плевать, что я гражданин другой страны, что я не сделал вашей хвалёной Америке ничего дурного…
— Вообще-то это закрытая зона. А твои действия подпадают под статью о шпионаже.
— Серьё-озно? Так может тогда объявите о моей поимке? В свете нового витка напряжённых взаимоотношений это будет вам на руку. Ну, хотя бы уведомите российский МИД? Хрена лысого вы сделаете. Вы даже не станете нигде упоминать обо мне.
Подозреваю, что я вообще отправлюсь путешествовать куда-нибудь в Ирак или ещё какую задницу, где благополучно потеряюсь.
— Ну зачем же так мрачно…
— Фрэнк, заткнись. Я согласен с вами сотрудничать хотя бы потому что сам знаю, как такая система работает. Выхода у меня нет. Либо я буду добровольным привратником и подопытной свинкой, при этом живя по человечески. Либо я упираюсь рогом и тогда вы выворачиваете меня на изнанку, и я всё равно делаю то что вам нужно. И плевать вам на права человека, свободу и тому подобную дребедень, — тело наконец начало слушаться, и Александр поднявшись на ноги, подошёл к окну. — Ты хотел посмотреть на портал? Смотри.
— Наталья Игоревна, вы напрасно упорствуете. Это лишено смысла и уж тем более, когда мы точно знаем о том, что «ключом» являетесь вы.
Лебедева в очередной раз посмотрела на мужчину, возрастом за сорок, выполняющего роль переводчика. Нет, она не ошиблась. Этому мужчине не нравится происходящее. Но он вынужден подчиняться обстоятельствам. А они таковы, что на карту поставлен вопрос о выживании нескольких тысяч его соотечественников. Впрочем…