Константин Калбанов – Колония. Ключ (страница 57)

Это Ладыгин сюда красиво добирался по воздуху. А как оно по суше, он прекрасно помнит, не старый ещё. Здесь конечно же не Колония и хищник к человеку со всем уважением. Но. Не-эт уж. Лучше всё же с удобствами долететь, чем весело повизгивая наматывать эти вёрсты на своих двоих.

Правда, от заимки придётся переправляться на другую сторону реки, но это ничего.

Неужели местные не помогут, да ещё и за отдельную плату. А что касается портала, так ведь никто кроме него его не увидит. С другой стороны, хотелось бы заглянуть на Колонию, он уже успел соскучиться по тому миру.

Здесь ему было тесно и душно. Причём второе в самом прямом смысле этого слова. Каждый раз чуть не по часу приходится приходить в себя, а после экспедиции, когда он провёл на Колонии несколько месяцев к ряду, так и вовсе сутки в себя прийти не мог. Всё время клонило в сон и вообще, состояние то ещё. Всё же воздух на Колонии особенный, здоровый, ядрёный, грудь сама собой расправляется.

Машину Александр посадил в штатном режиме, без каких-либо неожиданностей. Место выбрал неподалёку от ворот в высоком, глухом заборе. Такой забор здесь вовсе не от нелюдимого характера. Это от зверья разного.

Оно-то к человеку с пиететом. Но с другой стороны, разве-ж можно так-то над зверушками издеваться. Вот ходит себе мишка и ходит, выискивает редкие дупла с дикими пчёлами. А тут сразу десяток ульев, ломящихся от мёда. Ну и кто подобное выдержит. Человек он конечно же опасен, но и соблазн полакомиться больно уж велик. А улья кстати, Александр на дворе наблюдал, это когда круг перед посадкой делал.

Ладыгин спрыгнул на землю и начал фиксировать несущий винт по походному. С одной стороны, ротор тоже на фиксаторе, но к чему лишние риски. Сейчас ветер налетит, и начнёт срывать винт, глядишь и ротор повредится, размах винта-то залюбуешься.

Он уже закончил с обслуживанием, тут всего-то пару петель тросов накинуть и зацепить к корпусу, когда распахнулась калитка в одной из створок ворот. А потом из проёма появилась весьма колоритная личность. Мужик был росточком метра под два, широк в плечах и как видно в кости.

И именно, что мужик, иначе просто и не скажешь. По виду, лет сорок, хотя что-то неуловимое в фигуре, движениях и взгляде говорило о том, что мнение это скорее всего ошибочное. Но в данной путанице было извиняющее обстоятельство. Половину его лица скрывала окладистая борода, каких Александру никогда видеть не доводилось. Разве только в кино, о дореволюционных временах.

— Здравствуй, хозяин.

— И тебе не хворать, человек прохожий, — степенно так ответил мужик, чем ещё больше укрепил мнение Александра относительно своего возраста.

— Да уж скорее пролетающий, а не прохожий, — одарив хозяина заимки самой широкой улыбкой, возразил Ладыгин.

— Так ведь разница не велика, — пожал плечами мужик. — Чудной у тебя вертолёт.

— Это не вертолёт, а автожир. Вертолёт летит за счёт несущего винта, а у этой птички он скорее вместо крыла, а летит она за счёт маршевого двигателя. Ну как кленовый лист.

— Не напрягайся. Я лучше в интернет залезу, там всё доподлинно и выясню, — отмахнулся от доморощенных объяснений гостя, хозяин.

— В интернет, — Ладыгин непроизвольно осмотрелся по сторонам.

Нет, ничего не изменилось. Всё было по прежнему. Глухомань и сплошная стена леса, немного в отдалении. Не иначе как росчисть устроили, под сенокос для худобы. Об этом же говорит уже почерневший под открытым небом, стог прошлогоднего сена.

— Ты из какой глухомани, парень? — Явно веселясь, тряхнул головой мужик. — Неужели про спутниковую связь ничего не слышал?

— Я-то слышал, — растерянно произнёс Александр.

Ну а вы бы не удивились. Стоит перед вами нормальный такой мужик, в одеянии соответствующем, в начищенных хромовых сапогах гармошкой, в косоворотке подпоясанной плетённым пояском и рассуждает насчёт спутниковой связи и интернета. Картина маслом, едрит ангидрид.

— Видать думал мы тут дремучие, дальше некуда, — покачав головой, продолжал веселиться мужик.

— Да ты прекращай улыбаться, — даже обиделся гость. — Я к примеру эту спутниковую связь никогда в глаза не видел. И вообще, игрушка дорогая. А тут на тебе, вот так просто за здорово живёшь.