Константин Калбанов – Гимназист (страница 84)

Румпель убрал начертанные символы, и конь заскреб ногами по чавкающей жиже, но чуда не произошло. Сил на то, чтобы добраться до спасительной воды у духа не имелось. Наконец юный маг сообразил использовать свою лошадку. Общими усилиями, вымокнув и испачкавшись до исподнего, они дотянули келпи до воды.

— Все, — юноша размазал грязь по лицу. – Свободен. Советую уплыть подальше, если ты не хочешь встретиться с теми, кто поставил сеть.

Конь взвыл, ударил по воде крепким чешуйчатым хвостом и скрылся в толще вод озера лох-Каледвулх. Румпель криво улыбнулся, почистил магией одежду, кинул в тлеющий костер сеть и принялся ждать гостей.

Весело трещал огонь, булькала в котелке похлебка. За шкурой келпи так никто и не пришел. Юный тан сидел, оперевшись спиной о дерево, и чинил уздечку. Та была прекрасна. На крашенной в красный цвет коже блестели золотом и рубинами накладки, изображавшие лошадей. Некоторые были обычные с четырьмя ногами и правильным хвостом, другие больше походили на тюленей, которых Румпель видел на каменистых берегах Гардарсхольма. Юноша так увлекся рассматриванием накладок, что не услышал, как сзади кто-то подкрался.

— Отдай немедленно! – гаркнуло за спиной, и наследник рода Хредель применил всю свою выдержку, чтобы медленно обернуться. Хвататься за оружие не было смысла. Хотел бы незнакомец нанести удар – нанес, а не кричал во все горло.

Совсем рядом, подпирая плечом соседнее дерево, стоял статный молодой мужчина. С всклокоченной темной шевелюры капала вода, а под глазами засели круги.

— Отдай уздечку! – повторил он, сверкнув злобно карими глазами.

— Нет, — Румпель вернулся к починке.

— Я тебе за нее жемчуга отсыплю столько, сколько пожелаешь.

— Нет, — принц даже головы не поднял.

— А что ты хочешь? Золото? Я дам тебе золото, у меня много. Зачем тебе чужая уздечка, на свою кобылу ты ее все равно не наденешь! – Незнакомец уже кричал, но ближе не подходил.

— Заберу на память, — усмехнулся Румпель, — об одном бестолковом келпи, который сначала попался людям в сеть, а потом, не успев прийти в себя, обернулся человеком. Или ты думаешь, я не увидел водоросли в твоих мокрых волосах и не догадался, кто ты такой.

Водный дух застыл, не зная, как поступить. Ситуация вышла препаршивейшая. Глупое противостояние с белогрудой сейдконой, пасущей своих овец на западной окраине леса, чуть не стоило ему жизни. А теперь и вовсе лишило свободы, передав в руки жуткому горбуну, от которого кровным проклятьем за милю тянет.

Румпель же закончил ремонт, повертел вещицу в руках, полюбовался и, противореча сказанному ранее, бросил ее келпи.

— Лови! – И келпи, не веря глазам своим, поймал. Схватил, боясь спугнуть свое счастье, и со всего разбега прыгнул в озеро.

Похлебка сварилась, Румпель придирчиво посмотрел на разбухшие куски соленой рыбы, помешал ложкой и попробовал. Съедобно, но за последнюю пару лет, надоело до зубовного скрежета. Силки он, конечно, на ночь поставил, а пока опять придется есть солонину.

— Чем это так пахнет? Рыбой? – Темноволосый вновь стоял у дерева, только выглядел на этот раз чуточку лучше. В ярко-зеленом кафтане да с золотой с рубинами цепью на шее. — По запаху вроде не местная.

— Треска, – Румпель был рад незваному гостю, хоть и старался это скрыть. Одиночество надоело сильней солонины. – Будешь? – Он зачерпнул побольше опостылевшей похлебки и с видом глубочайшего удовольствия съел ее. Келпи потоптался, взвешивая только ему известные «за» и «против» и наконец сел рядом. Румпель молча протянул гостю единственную ложку. Некоторое время они ни говоря не слова опустошали котелок, наконец, когда показалось блестящее дно, келпи довольно прикрыл глаза, а его сотрапезник поднялся, сполоснул котелок в озере, набрал воды и снова повесил над огнем.

— Почему ты отдал мне уздечку? – не выдержал любопытный дух.

— Ты просил, — Румпель дернул плечом.

— Но почему ты не взял жемчуг или золото?

— Мне это не нужно.

Келпи удивленно поднял брови.

— Ну ладно, золото и драгоценности тебе не интересны, но зачем-то же ты пришел к озеру лох-Каледвулх?