Константин Калбанов – Беглец (страница 52)

– Ни царапины. Вовремя сориентировался.

– Вот и хорошо. Жду тебя на станции. Пойдем страх выливать.

– Не вижу причин. Да я и испугаться-то не успел.

– А кто о тебе вообще говорит? Меня отпаивать будем. Причем за твой счет.

– А-а-а, ну если так, то непременно.

Вообще-то не только Ушена, но и жабу Леднева. Даже наскоро проведенный анализ предстоящих расходов по ремонту машины вверг ее в ступор. И лучше бы ей не давать прийти в себя. Одалживаться у Ахона категорически не хотелось. Своих же средств у него практически не оставалось.

Прежде чем отправляться на встречу с агентом, Андрей позаботился о водворении машины в ангар. Провел диагностику повреждений, составил смету предстоящих работ. Исправность машины – в первую очередь. Все остальное – на потом. Механика же у него не было, так что подождет Ушен.

В ходе осмотра истребителя и внимательного анализа боя, если его таковым вообще можно было назвать, Андрей убедился в том, что изначальные его выводы были верными и ой какими неутешительными. Происходящее на станции ему нравилось все меньше и меньше.

– Ну сколько тебя можно ждать? – даже не пытаясь скрыть недовольство, встретил его агент.

– Извини. Нужно было для начала покончить со всеми делами. Механика ведь у меня нет, – присаживаясь за столик, развел руками Леднев.

– А я тут в одиночку накачиваюсь.

– И что, ни одного желающего составить тебе компанию?

Андрей сделал жест, словно охватывая все помещение бара. Дюжина столов, наполовину заполненных посетителями. Большая барная стойка, у которой вились несколько девиц, находившихся здесь с недвусмысленными намерениями. Большинство их товарок уже скрашивали общество находившихся в зале пилотов. Эти же бросали в сторону вновь прибывшего едва ли не призывные взгляды. Сомнительно, что их интересует ореол славы истребителей. За определенную плату они готовы упасть в объятия даже бомжа.

Правда, справедливости ради, Ушен не производил впечатления успешного человека. Одет, конечно, с претензиями, но эта игра только для несведущего, к каковым эти жрицы любви не относились. Получить плату за ночь – это банальность. Их цель – статус спутницы и содержанки успешного покровителя.

Андрей приметил, как между девиц пронесся шепоток, после чего они явно потеряли к нему интерес. Как видно, кто-то из них был в курсе его сегодняшнего фиаско, а теперь узнали и все остальные. Ну и кому интересен тот, о ком уже трепались в местной Сети как о редкостном пунчо.

Встретился взглядом с одной девицей. Блондинка с красивыми крупными локонами, рассыпавшимися по обнаженным плечам. Светло-серое платье облегает стройную фигуру, выгодно подчеркивая высокую грудь. Троечка, не больше и не меньше. Грудь выглядит весьма аппетитно, как и в меру полные алые губы. Красотка, чего уж там. Он подмигнул ей и вновь сосредоточил свое внимание на Ушене, который успел наполнить их стаканы.

– Если ты о девицах, то даже они не готовы удостоить вниманием неудачников. А ведь именно таковыми мы и предстаем в глазах местной публики. Вон, глянь, и среди пилотов пошли смешки.

Этот бар был излюбленным местом отдыха пилотов-середнячков. Вполне демократичные цены, уютная обстановка… Но Андрея удивило то, что истребители разбились на группы и вполне мирно общались. Если не сказать: по-дружески. И это для него было самым странным.

– Ушен, похоже, я чего-то не понимаю. Близкое общение между напарниками – это разумно и объяснимо, но сомневаюсь, что они все из одной эскадрильи. К тому же я не слышал о подобном виде боя, – потянувшись к стакану, проявил любопытство Андрей.

– А с чего ты взял, что пилоты не общаются и не поддерживают дружеские отношения?

– Вообще-то они в любой момент могут оказаться противниками на Арене.

– Ну и что? Все они, и ты в том числе, – гладиаторы. А это особый образ жизни, ценности и кодекс. Да, они могут оказаться противниками, так случается. И будут драться, выкладываясь без остатка, даже если при этом товарищ погибнет безвозвратно. Они выбрали такую жизнь. Ты выбрал такую жизнь. Пока для тебя это звучит дико, но еще привыкнешь и примешь как данность. Так что противники они там, на Арене. Здесь же – закадычные друзья. Не понимаешь?