Константин Денисов – Время есть – точи топор! (страница 5)

В итоге спуститься вниз у нас не получилось, и мы вылезли наверх, снова в ту полость, где происходила моя битва с энергетическим ядром Карачуна.

– Я не могу больше! – нервно сказала Юки, – это просто невозможно!

– Я очень хочу вас привести туда как можно быстрее, но сама видишь, какой здесь хаос творится. Это туловище не было предназначено для того, чтобы людям было удобно по нему перемещаться. Скоро всё изменится, но не за пять минут!

Юки ничего не ответила, а только взвилась стремительным вихрем вверх, по всей видимости, желая сделать облёт, но тут же вернулась.

– Тревога! – прокричала она, – огоньки летят! Сейчас взрывать будут!

– Чёрт! – я нервно заозирался, – Юки, подними меня наверх, быстро! Я смогу их остановить, но для этого нужен зрительный контакт. Я их из этой ямы просто не вижу!

Я не успел договорить, как Юки уже ухватила меня под мышки и потащила наверх. Ей было нелегко, но ведь на кону стояла жизнь детей, в такие моменты матери способны и не на такое!

Ещё находясь в полёте, я сразу же стал посылать в небо шарики плазмы и когда они достигали приличной высоты, взрывал их ярким салютом. А потом я увидел Феникса, он был уже на боевом курсе и похоже метился прямо в Карачуна.

Ага, как никогда вовремя! Так и хотелось сказать: где ж ты раньше был, родной?

Над ним, высоко в небе, парило ещё две точки. Наверняка это Жара и Сирин. Когда начались взрывы фейерверков, одна из точек камнем устремилась вниз, вторая, более яркая последовала за ней. Думаю, это Сирин бросилась останавливать Феникса.

Тот некоторое время не менял курс, и мне уже даже начало казаться, что он настолько отрешился от мира, готовясь умереть в очередной раз, что просто не реагирует на внешние раздражители.

Но потом всё же его линия полёта стала слегка изгибаться, как будто он медленно, но верно начал отворачивать в сторону.

Юки поставила меня на край возле дыры и исчезла, по всей видимости, отправилась за Снегурочкой.

Насколько я понял из разговора с Фениксом, когда он воспламеняется, то не всегда может остановить процесс. Иногда, если возгорание заходит слишком далеко, ему уже ничего не остаётся, кроме как взорваться. Насколько далеко он зашёл на этот раз, я не имел ни малейшего понятия. Но, поскольку он продолжал полыхать, наверное, достаточно далеко!

– А что если… – пробормотал я и, выпустив свои щупальца, дотянулся ими до Феникса.

Ману я откачал мгновенно, а вместе с ней погасло и пламя. Фенис вновь стал обычной серой птицей. Сделав небольшой круг, он принялся снижаться. Я собрался было вернуть ему обратно ману, раз опасность взрыва миновала, но решил повременить. Мало ли что?

Чтобы Феникс понимал, куда лететь, я продолжал взрывать в воздухе небольшие залпы салюта из плазмы. Две другие птицы летели сюда же. Одна абсолютно точно была Жара, полыхающую в небе птицу можно перепутать только с её мужем. Ну а вторая, как я и предполагал, Сирин. Да, Фая обычно так высоко и далеко не летает.

Юки вернулась со Снегурочкой.

– Что-то у меня нехорошие предчувствия, – глядя на приближающихся птиц, сказала Снегурочка.

– Да, проблемы буду, – сказал я, – прошлое никуда не делось. Но нужно с этим разобраться, и, возможно, чем раньше, тем лучше. А то такие неразорвавшиеся нарывы, если их оставить, могут лопнуть в самый неожиданный момент.

Девочки ничего не ответили, видимо, понимали мою правоту… да и свою вину тоже. То, что их дети были похищены, не оправдывало похищение ими чужих детей. Учитывая вспыльчивость Феникса, возвращать ему ману было, конечно, преждевременно.

Он сначала летел ко мне уверено, но потом, похоже, разглядел снегурочек и начал делать круги в воздухе, ожидая жену. Разумеется, он не испугался, но, увидев меня в такой компании, понял, что сейчас будут переговоры, и хотел, чтобы в предстоящем разговоре участвовали все.

Это было хорошо, потому что Жара может его притормозить, если что. И путь у него нет маны, но он всё равно крепкий парень, а насилия нам желательно постараться избежать.

Огненные птицы приземлились напротив меня, а Сирин чуть в стороне. Я видел, что она не хочет вставать рядом с ними, потому что от птиц исходила агрессия, а Сирин её не разделяла и не хотела выступать сейчас против меня. Но и рядом со мной пока что становиться не стала. Осталась стоять сбоку, как наблюдатель.