Ким Чжун – Облачный сон девяти (страница 71)
Семья министра переселилась в новый дом. В главном корпусе – Цзинфутан – стала жить госпожа Лю; передняя часть этого корпуса – Яньситан, здесь живет левая супруга министра, принцесса Ён Ян; западная часть главного корпуса – Фэнсогун, здесь живет правая супруга министра, принцесса Нан Ян; перед Яньситан расположены павильоны Нинсянгэ и Цинхуалоу – здесь поселился сам министр, иногда здесь устраивают пиры; рядом с этими павильонами – Яньсяньтан, где министр принимает гостей; к югу от Фэнсогун находится Синьхунъюань – жилище Чин Чхэ Бон; к востоку от Яньситан – домик Чхун Ун, он называется Юнчуньгэ; к востоку и западу от Цинхуалоу – павильоны с зелеными окнами и красными перилами, окруженные помещениями для слуг, – это Шанхуалоу и Ванъюэлоу, где поселились Ке Сом Воль, Чок Кён Хон и восемьдесят красивейших и талантливейших кисэн.
Кисэн разделены на западную и восточную группы; сорок западных кисэн подчинены Кён Хон, а сорок восточных – Сом Воль. Кён Хон и Сом Воль обучают кисэн песням, танцам и игре на музыкальных инструментах. Ежемесячно западная и восточная группы собираются в Цинхуалоу и состязаются в мастерстве. В такие дни министр обычно берет с собой мать и принцесс, отправляется в павильон и слушает музыку, любуется танцами, наслаждается пением. Он сам поощряет отличившихся кисэн и наказывает провинившихся: первых жалует тремя кубками вина, заколками для волос и похвалами, а вторых поит простой водой и ставит тушью на лбу точку, чтобы тем было стыдно. Благодаря его надзору таланты кисэн расцветали с каждым днем.
Кисэн из дворца Воль-вана, брата императора, были самыми искусными в мире, их называли чародейками, но все же им было далеко до кисэн министра Яна.
Однажды принцессы и все прочие женщины собрались у госпожи Лю. Вдруг вошел министр, отдал принцессе Нан Ян какую-то бумагу и сказал:
– Прибыло послание от Воль-вана!
Принцесса прочитала следующее:
«Наступили теплые весенние дни. Надеюсь, вы пребываете в добром здравии? Все это время я был занят государственными делами и не имел ни минуты свободного времени. Давно уже не было видно коня в парке Лэю, не было слышно прежних веселых шуток, а там, где когда-то танцевали, выросла густая трава. Но благодаря могуществу Сына Неба и доблести его первого министра наша страна процветает, народ благоденствует, как это было в счастливое время Кай-юань и Тянь-бао. Благоухает весна, стоят теплые дни, яркие цветы и нежные ивы умиротворяют сердца людей…
Я хотел бы встретиться с вами в парке Лэю – съездить на охоту, послушать музыку, вернуть себе хорошее настроение. Прошу вас ответить мне и передать ответ с посыльным. Я буду счастлив, если вы примете мое предложение».
– Вы догадываетесь о намерениях Воль-вана? – окончив читать, спросила принцесса.
– Я не могу постичь их, – ответил министр. – По моему мнению, он просто хочет немного развлечься – это в его духе!
– Вы ничего не поняли, – сказала принцесса. – Всем давно известно, что Воль-ван любит лишь хорошую музыку и красивых женщин. В его дворце много красоток, а недавно он заполучил еще известную кисэн из Учана по имени Ок Ён. Говорят, красотки из его дворца, увидев Ок Ён, начинают страдать, как Чжун-ли Чунь и Му-му[70]. Они признают, что такого красивого лица и такой стройной фигуры, как у Ок Ён, нет ни у кого в мире! Прослышав, что у вас много красавиц-кисэн, Воль-ван захотел сравнить своих чародеек с вашими. Ведь вы и он – все равно что Ван Кай и Ши Чун![71]
– И впрямь, я не понял его, – говорит Со Ю. – Вы разгадали его намерения лучше меня!
– Это игра, – продолжает принцесса, – и вы должны ее выиграть. – Сказав так, она подмигнула Кён Хон и Сом Воль и добавила: – Воинов обучают десять лет, а используют лишь однажды. Иногда победа или поражение решается в схватке двух богатырей, так что вы должны приложить все усилия, чтобы не остаться побежденным!
Сом Воль говорит:
– Боюсь, что мы не сможем выстоять перед таким противником. Музыканты во дворце Воль-вана – лучшие в мире, а Ок Ён из Учана вообще не имеет себе равных; вряд ли найдется кисэн, которая захочет потягаться с такими мастерами! Таланты наши невелики, сыгрались мы плохо, шансы на победу ничтожны. Как бы наши кисэн не сбежали раньше, чем начнется состязание! Я знаю, что над нами будут смеяться, но меня беспокоит лишь то, что нас осудит сам господин министр.