Иоганнес Хервиг – Банда из Лейпцига. История одного сопротивления (страница 16)
Я уже думал, сейчас начнется драка, но ничего такого не произошло. Я не успевал следить за руками Пита. Он открыл аппарат, вытянул из него пленку, скомкал ее и бросил в траву, где она валялась теперь, подрагивая, как издыхающая змея. Пит вернул камеру, собрал свои вещички, связал их как следует и сел на велосипед.
– Ну что, поехали? – Его вопрос звучал так, как будто он спрашивал, какое мороженое мы любим больше всего.
– Поехали, – отозвался Эдгар, замыкавший нашу колонну.
Разыгравшаяся сцена произвела на меня странное впечатление. Все произошло так стремительно. Я тронулся с места последним. Когда я оглянулся назад, то увидел, что высокий опять уселся на ящик и что-то пишет. Мелкий стоял посередине дороги. В правой руке у него сверкнул походный нож, левой он «резанул» себя по горлу. Я быстро отвернулся и теперь смотрел только вперед.
Оставшиеся километры мы проехали без каких бы то ни было происшествий. Никто не разговаривал. Повисшая над полями жара придавливала, как паровой пресс. Даже стрекот кузнечиков в траве звучал как-то вяло. Общий вздох облегчения вызвала появившаяся на горизонте роща. С еще большей радостью было встречено сообщение Хильмы о том, что за этими деревьями уже будут озера. Узкая тропинка вилась между соснами и березами. Мы сошли с велосипедов и теперь катили их рядом с собой, наслаждаясь спасительной тенью.
Нежданно-негаданно мы оказались в совершенно другом мире. Влажный свежий воздух наполнил легкие. Пухлые шишки трещали у меня под ногами. Где-то прокричала кукушка и тут же застучали дятлы, будто спеша дать ей ответ. Напряжение в ногах медленно спадало. Вот оно, стало быть, то самое место, куда в былые времена бежали люди, спасаясь от опостылевшего города, неважно по какой причине. Я улыбнулся. И тут кто-то запел, и песня эта как нельзя лучше подходила к окружающей обстановке. Пел Эдгар.
Когда он допел, никто ничего не сказал. Только природа продолжала петь дальше.
– Неизведанный простор! – повторил я строчку из песни. – Здорово!
Эдгар повернулся ко мне и улыбнулся – тонкое, почти счастливое лицо среди сплошной зелени.
– Какой поход без песен, – сказал он. – Можем потом вместе попеть!
Я кивнул.
В какой-то момент тропинка пошла резко под горку. В самом ее конце пришлось переносить наши тяжеленные нагруженные велосипеды на руках через поваленную березу. И вот мы выбрались из леса. Высокая трава щекотала мне ноги. Метрах в ста от нас, в ложбине, растекалось озеро, диаметр которого был раза в два больше расстояния, отделявшего нас от него. По берегу тянулась живая изгородь из ивовых кустов, камыша и тростника. Мы были у цели.
– А озеро-то тут одно! Где ж остальные? – воскликнул Генрих и с хитрой усмешкой посмотрел на Хильму. – Ты уверена, что мы приехали куда надо?
– Конечно уверена, дурачина! – ответила Хильма. – Остальные озера где-то там, за деревьями. Тут раньше тек ручей, так сделали запруду. В порядке улучшения водохозяйственной деятельности, понимаешь?
– Наша Хильма – она все знает! – поддел ее снова Генрих с усмешкой.
– Может, уже займемся делом? – спросила Жозефина. – Я имею в виду, что пора найти место для палаток.
Я уже заметил, что всякие дурачества она не любит.
– Что, если вон там встать? – Жозефина показала на противоположный берег, где росли три больших дуба.
– Так точно! Есть, фрау гауляйтер Рейхардт! – рявкнул Генрих. Жозефина закатила глаза.
С трудом мы продрались сквозь заросли камышей и тростника. Дубы с раскидистыми ветвями, молчаливые свидетели былых времен, стояли на расстоянии метров десяти друг от друга, образуя почти равносторонний треугольник. Внутри него стелилась мягкая трава, возле корней пробивались белые и желтые цветы. Место выглядело настолько картинно идиллическим, что я непроизвольно рассмеялся. Хильма с удивлением посмотрела в мою сторону, я просто помахал ей рукой. Мы прислонили свои велосипеды к деревьям.
– Ну ладно, весельчаки, пойду за палками для нашей «коты», – сказал Пит.