Хлоя Уолш – Укрощение 7-го (страница 21)
Я
Потому что, как только мы перейдем эту черту, все уже никогда не будет как прежде. Мы не могли вернуться к этому. И мне нужна была гарантия, что я все не разрушу. Что я не стал бы безрассудно обращаться с ее сердцем. Что я мог бы любить ее правильно. Потому что я любил эту девушку. Каждой клеточкой своего существа. Каждым ударом моего бедного дефектного сердца. Я любил ее яростно, единолично, всем сердцем. У меня было так много физических позывов, направленных исключительно на нее, но в жизни не было никаких гарантий, и я
Зажмурив глаза, я воспользовался моментом, чтобы взять себя в руки, надеть свою комедийную, беззаботную маску на место. Она накрыла меня, как одеяло обмана и защиты.
Именно так мне удалось заново изобрести себя, когда мой мир рухнул вокруг меня.
Не просто изобрести себя заново.
Нет, это было нечто большее.
Это было мое личное воскрешение.
Когда я открыл их снова, я был той версией себя, которую мог терпеть.
Версия, которой нельзя навредить.
- Ты знаешь меня, Медвежонок Клэр, - предложил я с ободряющей улыбкой. Потому что, хотя смотреть на нее было легко, видеть беспокойство в ее глазах было
Она не выглядела впечатленной. Или одураченной. - Значит, опять так, да?
Чувство вины захлестнуло меня, но я согнулся пополам и улыбнулся шире. - Например, как?
Она не ответила.
Вместо этого она долго смотрела на меня, прежде чем смиренно покачать головой.
- Хорошо, Джерард. - Отпустив меня, она поднялась на ноги. - Возводи свои стены, сколько хочешь, - заявила она, собирая разбросанные повсюду подушки и пуховое одеяло, а также прикроватную тумбочку и лампу. - Я слишком устала, чтобы разубеждать их сегодня вечером.
Только тогда я осознал тот факт, что не только разбудил ее своей ерундой, но и разгромил ее комнату в своей жалкой попытке найти ее в темноте.
- Черт, детка, - пробормотал я, спеша исправить свои ошибки. - Я не хотел ничего из этого делать. - Поставив прикроватный столик обратно, я включил, к счастью, не разбитую лампу и поставил ее на обычное место. - Черт. - Сразу же мой взгляд упал на спящую кошку в углу ее спальни с выводком малышей, и я вздохнул с облегчением, благодарная за то, что не потревожил их. - Мне очень жаль.
- Да. - Зевая, она забралась на свою кровать, зарылась под одеяло, а затем похлопала по пустому участку матраса рядом с собой. - Это было так, как будто ты пытался сразиться со мной и подбежать ко мне на одном дыхании.
Дрожь пробежала по мне. - Мне жаль.
- Не стоит. Я рада, что ты здесь. - Она еще раз похлопала по матрасу, отчего по моим венам разлилось сочетание вины и облегчения. - А теперь иди сюда и обними меня. Ты знаешь, я ненавижу спать без тебя.
Да, я знал это, и это была тревожная информация, потому что это означало, что мои ебанутые проблемы сумели просочиться в ее невинность.
Это означало, что я заразил ее своим дерьмом. Это было ужасно похоже на нездоровую технику созависимости, и это беспокоило меня, потому что я не хотел, чтобы эта девушка зависела от меня ни в чем.
Потому что я был недостоин и чертовски уверен, что недостаточно хорош.
Тем не менее, как и каждую ночь с семи лет, я обнаружил, что забираюсь в постель рядом с ней с единственной целью: как можно ближе подобраться к единственной форме физического комфорта, которую я обрел за свои семнадцать лет на земле.
Оказавшись под одеялом, я автоматически переместился на середину кровати, а затем перекатился на правый бок, почувствовав знакомый изгиб матраса, который остался там из-за отпечатка моего тела.
Как по маслу, Клэр перекатилась на бок и подняла руку, ожидая, когда я обниму ее. - Мм, - промурлыкала она, как маленький котенок. - Ты всегда такой теплый.
- Да. - Я придвинулся ближе, пока наши тела не выровнялись, она прижалась спиной к моей груди, моя рука на ее бедре, ее рука сжимает мое предплечье. Идеально синхронно всеми возможными человеческими способами. - Клэр?