Хелен Харпер – Высокие ставки (страница 73)

— Инспектор, я хочу пить. Почему бы вам не принести мне стакан воды? Комнатной температуры. И с ломтиком лимона.

Злоба на лице Фоксворти пугает.

— Столовая закрыта, — угрюмо говорит он.

О'Коннелл пожимает плечами и откидывается на спинку стула.

— Да будет так.

Я смотрю на Фоксворти, и его глаза встречаются с моими.

— Ладно, — резко говорит он, вставая и отодвигая свой стул. Ножки скребут по полу, издавая звук, похожий на скрежет ногтей по школьной доске. У меня по спине пробегает дрожь; я не уверена, из-за звука это или из-за перспективы остаться наедине с О'Коннеллом. Фоксворти подходит к двери и громко стучит в неё. Не проходит и трёх секунд, как она распахивается. Наш сопровождающий, должно быть, стоял снаружи, приложив стакан к двери.

О'Коннелл погрозил пальцем.

— Не подслушивайте, имейте в виду. Если я уловлю малейший запах вашего кислого тела, я не скажу больше ни слова.

Охранник поворачивает голову влево и принюхивается. Я закатываю глаза.

— Только попробуйте что-нибудь предпринять, — предупреждает Фоксворти, — и я позабочусь о том, чтобы в ваше дело было внесено несколько дополнительных обвинений, — он захлопывает дверь с такой силой, что сталь вибрирует в дверном проёме.

О'Коннелл сплетает пальцы и улыбается.

— Приятный парень, не правда ли?

Я наклоняюсь вперёд.

— Я начинаю уставать от ваших игр. Чего вы хотите?

— Мне кажется, я уже говорил вам об этом раньше, мисс Блэкмен, но знание — это сила. И вы знаете то, чего не знает больше никто.

Я хмурюсь. Я абсолютно не понимаю, о чём он говорит. Когда его арестовали, я передала всю информацию, которую узнала о нём. Больше мне нечего рассказать.

Он цыкает языком.

— За короткое время, проведённое за этими стенами, я понял одну вещь: можно многому научиться, наблюдая за людьми. Мне потребовалось некоторое время, и мне пришлось несколько раз прокрутить в голове наши разговоры, чтобы разобраться в этом, но я кое-что узнал о вас.

— Правда? — говорю я бесстрастно. — Просветите меня, пожалуйста.

— Вы не хотите быть вампиром.

Я приподнимаю брови.

— И это всё? Это и есть ваше главное открытие? Вряд ли это сенсационная новость.

Кажется, его это забавляет.

— Нет, — он проводит языком по зубам. — Полагаю, это не так. Однако я могу сказать то, чего не заметили другие — хотя вы и презираете себя, вы не расстраиваетесь из-за этого так сильно, как следовало бы.

— Вы ходите кругами. И я себя не презираю. Я просто не хочу быть кровохлёбом.

— Ну вот, вы опять за своё, — шепчет он. — В ваших словах нет отчаяния. В них даже нет смирения, — он наклоняет голову. — Есть надежда. У вас, мисс Блэкмен, есть лекарство.

Я пристально смотрю на него. Ложь срывается с моих губ.

— Такого лекарства не существует.

— Теперь я знаю, что вы лжёте, — голос у него довольный. — Кто ещё знает об этом?