Хелен Харпер – Опаленное сердце (страница 109)
Я отвела взгляд от него, чтобы осмотреть окружение. Куда он меня притащил? Мне в лицо светил яркий свет, и сложно было видеть что-то за ним. Грубые каменные стены, возможно? Я посмотрела вниз. Пол не был гладким. Я не могла видеть какие-либо признаки выхода, но где-то позади меня раздавалось странное гудение.
— Ты ищешь выход. Мило. Но ты не сбежишь, малышка Эм, и тебя никто не найдёт. Мы с дедулей долгое время планировали это, и почти всё сложилось именно так, как мы думали.
Дедуля. Я слегка тряхнула головой и сосредоточилась на Ротсее.
— Он был твоим дедом? — поразилась я. — Лазарь был твоим дедом?
— О да. Мы были очень близки, но я не буду держать на тебя обиды за то, что ты его убила. Мы хотели, чтобы это случилось. Он уже умирал, ты лишь ускорила его смерть, — он снова улыбнулся. — Ты с самого начала была марионеткой на наших верёвочках.
Он поставил бутылку воды у своих ног.
— Я думал, может, мы слишком хитры, и придётся сильнее подталкивать тебя в верном направлении. Видишь ли, нам было нужно, чтобы ты установила связь между дедулей и Сэмюэлом Бесвиком. Нам было нужно, чтобы ты считала дедулю ответственным за всё и верила, что раскрыла все преступления. А потом ослабила бдительность, и я бы смог действовать.
Ротсей скорчил гримасу.
— Этот план сработал бы, если бы этот чёртов вампир не маячил тут постоянно. Он должен был умереть прошлой ночью у дома Миранды Джеймс. Так раздражает, что он выжил, — он пожал плечами. — Но я могу подстроиться. Я всегда адаптируюсь.
От его тона кровь стыла в жилах. Я думала, что Ротсей не имел актёрских способностей. Я не осознавала, что каждый его разговор заслуживал Оскара.
— Вижу, у тебя до сих пор есть вопросы, — пробормотал он. — Это естественно. Не волнуйся, у нас будет полно времени вмести. Я ничего не буду утаивать, — а потом Ротсей запрокинул голову и расхохотался. — Я вообще ничего не буду сдерживать, — добавил он.
Спустя долю секунды его тело вздыбилось. Из его позвоночника, как джинн из бутылки, появилась тёмная фигура. Она как будто разрасталась с каждым его вдохом, обретая форму и очертания, и вот уже на меня смотрел не только Ротсей, но и злобная, покрытая шерстью фигура багбира. Она была ростом с мужчину и вдвое шире него.
Я почувствовала, как съёживаюсь на стуле. Ладно. Я пи**ец как испугалась.
Ротсей протянул руку и погладил багбира по голове. Тот дрогнул под его прикосновением.
— Этот дружочек попробовал тебя на вкус, когда ты ещё пешком под стол ходила. Ему нравятся помоложе, так что теперь ему не понравится твоя кровь. Нелегко было заставить его убить Лейси и ту дурацкую женщину в парке. Но тебе не нужно беспокоиться. Барни будет вознаграждён за свои усилия. Я нашёл двухлетних близнецов, живущих в Аплдоре, и я знаю, что они ему понравятся.
Я уставилась на него в потрясённом ужасе.
— О, малышка Эм, — Ротсей счастливо вздохнул. — У меня полно планов на тебя. Если бы только дедуля это видел. Он бы так гордился.
— Твой дедуля убил моих родителей, выплюнула я.
Он рьяно закивал.
— А Барни убил тебя. Ты была его первой, знаешь ли. Дедуля сказал, что всё было весьма разочаровывающим. Барни схватил тебя сзади, и ты умерла, даже не поняв, что происходит. Дедуля отточил свои методы и натренировал Барни справляться лучше, — Ротсей наклонился ко мне. — Видишь ли, — мягко продолжил он. — Всё намного приятнее, когда мы видим страх в глазах субъекта. И ничто не сравнится с ощущением, когда ты смотришь, как свет угасает навсегда, — он задрожал. — Это поистине восхитительно.
— Сколько людей? — спросила я, мечтая, чтобы мой голос не дрожал. — Скольких людей убили ты, твой дед и эта…
Ротсей нахмурился, будто старался найти ответ.
— Буду честен, — сказал он наконец. — Точно не знаю. Много. Хотя очевидно, что до недавнего времени я не участвовал, на протяжении двадцати пяти лет было хотя бы одно-два убийства в год. Подсчёты произведи сама. Уверен, ты на это способна.
— Естественно, дедуля стал намного аккуратнее после тебя и твоей семьи. Когда ты вернулась к жизни много лет назад, это стало шоком. Он знал, что ему повезло унести ноги, и ему надо быть умнее, чтобы избегать обнаружения. Он научился чрезвычайно хорошо маскировать то, что они с Барни делали вместе.