Хелен Харпер – Новый порядок (страница 32)

Темплтон опускает голову.

— Там были Триады, — шепчет он.

Я закатываю глаза. Чёрт возьми.

— Ладно. По крайней мере, они люди. Назовите мне их имена и…

— И несколько белых ведьм.

Я делаю глубокий вдох.

— Ясно.

Он ещё больше съёживается.

— И деймон.

— Это всё?

Он кивает.

— Тогда будем считать, что Далию похитил один из них, — отрывисто говорю я. — Вам нужно будет рассказать мне, что вы на самом деле сделали и с кем, чтобы я могла поговорить с Триадами. И с ведьмами. У меня есть знакомый, который может помочь найти деймона Агатоса, кем бы он ни был.

— Нет, — стонет он.

Я, наконец, начинаю терять терпение.

— Послушайте, если мы собираемся найти её, то нам нужно…

— Вы не понимаете. Это был не деймон Агатос.

У меня перехватывает горло.

— Вы, должно быть, шутите.

Он поднимает голову и смотрит мне в глаза.

— Это был деймон Какос.

Треклятый ад.

Глава 6. Поплатиться за это

Поищите деймона Какоса в «Альманахе Мира Трайберов» под авторством Спрайтцера, и вы найдёте определение того, что значит быть злом. Истории о деймонах восходят к эллинистическому периоду и Александру Македонскому. Считается, что чёрная и белая магия — это две стороны одной медали, так же как и деймоны Агатос и Какос. Широко распространено мнение, что деймоны Агатос, как правило, «хорошие»; деймоны Какос, между тем — это совершенно другая история. К несчастью для всех нас, они находятся на самом верху пищевой цепочки.

Они не часто показываются другим трайберам. Я слышала, это потому, что они считают, будто остальной мир не стоит того, чтобы о нём беспокоиться. Каковы бы ни были их причины, это к лучшему. Достаточно оказаться в одной комнате с деймоном Какосом, чтобы окончательно и бесповоротно сойти с ума. И это при условии, что деймоны сначала не съедят твоё сердце. Судя по всему, сердца — это деликатес. По крайней мере, вампиры пьют артериальную кровь, потому что она нужна им для выживания; деймоны Какос поедают части тела просто так, ради забавы.

Я никогда не сталкивалась ни с одним из них. Могу с уверенностью заявить, что даже мой дедушка, обладающий энциклопедическими знаниями о мире трайберов и имевший больше дел с его различными обитателями, чем любой другой человек, никогда не встречался с деймоном Какос лицом к лицу. И теперь Стивен Темплтон, выдающийся придурок, говорит мне, что связался с одним из них. Я не думаю, что он лжёт, но и не думаю, что это правда. Это, должно быть, какой-то идиот, выдающий себя за Какоса. Да поможет Бог, тому кто бы это ни был, когда настоящие деймоны, наконец, настигнут его. Я отчаянно хочу позвонить Майклу и спросить, что он думает. Конечно, об этом не может быть и речи.

Тот, кто нанёс удар в спину Далии, очевидно, имел на это свои причины. Требований о выкупе не поступало, и, хотя это правда, что пропавших без вести людей с большей вероятностью спасут целыми и невредимыми, если они будут обнаружены в течение первых 24–48 часов, она пропала несколько дней назад. Возможно, в противном случае я бы проявила больше настойчивости. Несмотря ни на что, я буду искать её — и не только из-за Арзо. Перед тем как я ушла, Стивен Темплтон сунул мне пачку денег и умолял продолжить расследование. Я не доверяю ему ни на йоту — давайте посмотрим правде в глаза, даже его собственная жена не может доверять ему в том, что он не поставит свою безопасность выше её. Но деньги решат мои насущные проблемы. Я должна отбросить своё отвращение к тому, что меня нанял тот, кто причинил вред человеку, которого я искренне уважаю. К счастью, на данный момент наши потребности совпадают.

На улицах стало тише, так что я довольно быстро возвращаюсь в полицейский участок, где содержится под стражей грабитель с перьями. Поблизости нет парковки, и, несмотря на искушение остановиться где угодно и наплевать на последствия, я опасаюсь нарваться на новые неприятности. В конце концов я оставляю машину на большом расстоянии, после чего пешком тащусь обратно в участок.

Дежурный сержант — совершенно другой человек. Когда я говорю ему, что пришла дать показания по поводу ограбления на Макгуайр-стрит, его лицо бледнеет. Он берёт телефонную трубку и что-то бормочет в неё, затем просит меня подождать. Не проходит и двадцати секунд, как появляется офицер в штатском и направляет меня в комнату для допросов.