Филипп Арьес – История частной жизни. Том 5: От I Мировой войны до конца XX века (страница 102)
Приспосабливаются ли пары к этой приблизительной «прозрачности»? Проведенные опросы дают нам об этом некоторую информацию, к которой следует относиться с осторожностью, потому что, когда начинают копаться в семейных тайнах, ответы не всегда соответствуют правде. Из результатов опроса, проведенного в 1969 году (следовательно, после «событий»{66}), мы узнаем, что 41% женщин желают иметь «хорошего мужа», 20% хотят «гармонии в семье» и лишь 22% говорят, что ждут супружеской любви, хотя за «большую любовь» высказываются 44%. Где они найдут эту большую любовь? Выводы А. Жирара и Ж. Штетцеля[101] более жизнеутверждающи. Поддерживая контрацепцию, французы тем не менее полагают, что, чтобы женщина расцвела, ей нужны дети. Успех брака, по мнению опрошенных, заключается в сексуальной гармонии (70% ответов), взаимной верности (73%), уважении друг к другу (86%), взаимопонимании (73%). «Подводя итоги, — заключают эти авторы, — скажем, что семья — это место расслабления, досуга и счастья. Здесь люди испытывают чувство безопасности (66%), расслабления (61%), счастья (57%). Степень удовлетворенности от жизни у себя дома составляет 7,66 по 10-балльной шкале. Семья представляется убежищем от агрессивности современного внешнего мира».
Позволим себе не быть столь оптимистичными. «Машина желания» не отвечает анкетерам. Во «вчерашнем» браке для удовлетворения жажды перемен мужчина шел к проституткам. Сегодня же, хотя проституция процветает — очень даже процветает, — «приключения» в своем собственном кругу могут преобразоваться в «связи», причем эти «связи» могут завязывать как мужчины, так и женщины. Как только брак перестал основываться на общности двух капиталов и на общей профессиональной деятельности (булочник у печи, булочница за кассой), в его основе оказались чувства. Можно в течение всей своей жизни заниматься коммерцией, но нельзя гарантировать постоянство желания. Страх одиночества, убежденность в том, что после периода влюбленности наступят те же монотонные будни, цементируют супружескую неудовлетворенность, которая, как кажется, совершенно не интересует исследователей. В действительности правила, на которых люди строят свою супружескую жизнь, чрезвычайно разнообразны. Ф. де Сенгли очень точно отмечает, что к семье можно применить следующее определение социализации: «Форма, реализующаяся в самых разных видах, в которой индивиды составляют единство на основе общих интересов или идеалов, постоянно существующих или преходящих, осознанных или неосознанных, в лоне которой эти интересы реализуются» (Г. Зиммель). Современные исследования (1985), безусловно проводившиеся в социально благополучной среде, показывают, что индивид все больше и больше заботится о собственном расцвете и свободе в ущерб «принуждениям, ограничениям, проблемам и жертвам, которые являются условием долгосрочных многофункциональных отношений» (Ф. де Сенгли). Этот примат «я» над «мы», обесценивающий супружескую верность и продолжительность отношений и возвеличивающий реализацию собственного потенциала, по-новому позиционирует супружество. Речь теперь идет не о том, чтобы «устроить» свою жизнь, но о том, чтобы прожить ее, зная, что супруг — свободный человек, который в любой момент может потребовать уважения к своей инаковости. Супружество, таким образом, становится зоной неуверенности, нестабильности, как война в представлении Клаузевица. Может быть, начинается новая, «многоуровневая» эра брака? Первая фаза — физическая любовь, верность, продолжение рода; за ней следует фаза обоюдной свободы с периодическим возвратом к сексу, переходящая в дружбу и взаимопонимание с полуслова — в это время супруги стареют вместе и делятся друг с другом воспоминаниями. Если только вездесущее иудео-христианское коллективное бессознательное не будет способствовать поддержанию старого порядка.
РАЗВОД — ДЕЛО ВЕСЕЛОЕ?
При Старом режиме разводов не было, каноническое право допускало лишь аннулирование брака, что, впрочем, случалось довольно часто. Закон от 20 сентября 1792 года щедро даровал право на развод: разрешалось разводиться не только по взаимному согласию, но и по заявлению одного из супругов о несовместимости характеров. Гражданский кодекс отменяет эти две причины развода, а закон от 8 мая 1816 года вновь запрещает развод. Слово «революция», таким образом, следует понимать и в его астрономическом значении! Закон от 27 июля 1884 года (так называемый закон Наке) вновь разрешил развод, но с большими ограничениями, потому что в основе его лежал принцип «развода-санкции», согласно которому он допускается только в случае доказанной вины одного из супругов. Доказанная измена или осуждение одного из супругов по тяжелой или бесчестящей статье — это поводы для безоговорочного развода. Невоздержанность, грубое обращение, оскорбления оставляются на усмотрение судьи. Закон от и июня 1975 года подтверждает развод в случае вины одного из супругов и разрешает развод по взаимному согласию (либо по взаимному заявлению супругов, либо по заявлению одного из них с согласия другого) и развод для прекращения совместной жизни (при фактическом раздельном проживании в течение минимум шести лет или помутнении рассудка одного из супругов в течение того же срока). Учреждается должность судьи по разводам, который получает эксклюзивное право «объявлять развод по взаимному согласию» (статья 247 Гражданского кодекса) и назначать сумму компенсации (она заменяет собой алименты) в целях установления финансового равновесия в зависимости от предполагаемых изменений имущественного положения каждого из супругов. Нелегкая задача для судьи!