Елена Комарова – Адвокат вампира (страница 99)

– Герр граф говорить сначала, что профессор нанимать на работу некомпетентных иностранцев, – перевел Игорь на ухо Джонатану.

– Надо же, сколько критики! Вы понимаете, что тут творится, Игорь? – спросил Джонатан тоже шепотом.

– Боюсь, что так, герр Харкер, – вздохнул Игорь. – Герр граф узнавать Эрик. Он не встречать его, но знать и помнить его запах. И теперь хотеть убивать его.

– За что?! За запах, что ли! – воскликнул Джонатан. Дракула снова повернулся к нему.

– И за это тоже следует убивать, – сообщил он, переводя дух.

– Эрик! – крикнул Джонатан. – Откройте дверь! Давайте разберемся цивилизованно!

– Не открою! И никого к себе не приглашаю! – рявкнул в ответ Эрик, подкрепляя свою решимость цитатой из Святого Писания.

– Ситуация становится просто абсурдной! – в сердцах сказал Джонатан. – Граф, вы-то хоть можете вести себя сообразно титулу?

– С удовольствием – сообразно прозвищу, – заверил его вампир, не прекращая попыток пробиться на чердак.

– Добрый вечер, джентльмены, – послышался голос профессора. Легко, как юноша, Ван Хельсинг взлетел по ступенькам, стеклышки его очков поблескивали. – Здравствуйте, граф, я был уверен, что найду вас тут. Добро пожаловать. Может, мы вернемся в кабинет?

– Не раньше, чем я доберусь до вашего наемника, – вскинулся Дракула. – Дело принципа! Дело чести, я бы даже сказал!

Он уже было хотел вернуться к двери, но Ван Хельсинг положил руку ему на плечо и слегка сжал.

– Здесь вам не Трансильвания, граф, – тихо, но жестко сказал он и тут же добавил уже другим тоном: – И я настаиваю, давайте перейдем в кабинет.

Дракула дернул плечом, скидывая руку, долгие пять секунд он смотрел в глаза профессору, а затем, одарив на прощание все еще запертую дверь многообещающим взглядом, первый спустился вниз. Его спина выражала крайнее недовольство.

– Так в чем все-таки дело? – поинтересовался Ван Хельсинг чуть позже, разливая вино. Дракула снова уселся в облюбованное им кресло, все еще сохраняя мрачный вид.

– За что вы невзлюбили Эрика? – спросил Джонатан с легким нажимом, поскольку гость совершенно не торопился с рассказом.

– Это печальная история, – после продолжительной паузы сказал граф. – И не последнюю роль в ней сыграл мой бывший слуга. Пусть он и рассказывает.

Игорь под тяжелым взглядом из-под насупленных бровей явно занервничал, но повиновался.

– Герр граф однажды не быть в замок, и я пускать в дом путник. То было много лет тому назад, я рассказывать вам, герр Харкер, вы помнить. – Джонатан на миг нахмурился, потом быстро кивнул – разумеется, во время осмотра особняка в Белгравии, где его посвятили в некоторые особенности родственных связей среди знатных трансильванских родов. – Путник тот быть Эрик, – продолжал слуга. – Он быть очень молод и скитаться. Кто он быть, я не знал, но он сказал цыганское слово – он быть друг. Тем более, дурная погода, дождь хлестать, гроза, шквал. По законам гостеприимства я дать гостю кров и еда. Он отдыхать, потом играть на скрипка. Сладко играть, даже ныть вот тут, – Игорь поднял руку к сердцу. – Все слуги слушать и плакать. Я сделать ему постель на половине слуг, а сам проверять засовы и окна, как обычно. Эрик спать. Но одна служанка не спать, она хотеть, чтобы Эрик играть ей одной.

– И что сделал этот дикий галл?! – перебил Дракула. – Он задушил девушку! За что, спрашивается?!

– Эрик сказать, он не любить летучий мышь, – вздохнул Игорь. Глаза Дракулы сверкнули красным огнем.

– И вы приняли ее смерть близко к сердцу? – понимающе закивал Ван Хельсинг.

– Это была моя любимая служанка, – надменно заявил Дракула. – Мне понадобилось немало времени, чтобы найти ей достойную замену! Потому что какой-то безграмотный бродяга…

– Видите ли, граф, – осторожно сказал Ван Хельсинг, – вам придется смириться с тем, что Эрик живет в этом доме, его услуги весьма ценны для нас всех и прямо относятся к вашему делу. Прошу вас, обещайте, что не тронете его. Иначе… – он чуть помедлил, – наши добрые отношения окажутся под угрозой.

– Я вас услышал, профессор, – медленно сказал Дракула и скривился. – В данных обстоятельствах я вынужден согласиться с вами.