Елена Комарова – Адвокат вампира (страница 92)

– Поясните, пожалуйста, – попросил Ван Хельсинг.

– Хороший слуга заботиться о хозяине больше, чем о себе, горе хозяина – его горе, радость хозяина – его радость.

– Вы хороший слуга, Игорь, – сказал Ван Хельсинг с улыбкой. Игорь скромно потупился, не отрицая своих заслуг.

– Нам не нужен хороший слуга, – небрежно махнул рукой Эрик. – Нам нужна горничная.

– Мастер Харкер не быть горничная, – категорично заявил Игорь. – Он смотреть, говорить и двигаться как хозяин, а не слуга.

– Вот именно, – облегченно вздохнул Джонатан, мысленно поблагодарив Игоря.

– Вы, несомненно, можете дать несколько бесценных советов, – сказал Ван Хельсинг. – У вас такой опыт!

Игорь снова потупился, и Джонатан с тоской подумал, что игры в переодевание не избежать. Стало быть… надо хотя бы получить удовольствие. Назовем это маскарадом. Или участием в пьесе. Да! Однокурсники Джонатана часто ставили какие-то комические пьески, правда, сам он либо не принимал в них участия, либо играл маленькие роли, состоявшие из одной-двух реплик.

Бывший Призрак Оперы сходил в комнату Энни. Джонатана заставили снять пиджак и жилет, нарядили в передник и закрепили на голове заколку. Кажется, вся компания получила немалое удовольствие.

Игорь подошел к своей задаче со всей ответственностью, но через четверть часа вынес вердикт, что герр Харкер «быть почти совсем безнадежен», а Джонатан взмолился о чае. С бренди. Больше бренди, меньше чая. Его пожелание было выполнено с небольшими нюансами: Игорь не угомонился, заставив подопечного собственноручно подать и чай, и бренди, причем так, как полагается прислуге аристократического семейства.

– В мои обязанности не входит подавать чай, – попробовал протестовать Джонатан, но Игорь оказался непреклонен. В итоге адвокату все же удалось вернуть собственный облик и, получив честно заработанную чашку и тарелочку бисквитов, он откинулся на спинку кресла, незаметно переводя дух.

– Жаль, что среди нас не нашлось достойной горничной, но это не значит, что идея бессмысленна, – оптимистично произнес Ван Хельсинг, – в таком огромном доме, как особняк Дориана Грея, необходимы десятки слуг как женского, так и мужского пола. Например, на кухне. Я бывал в научных экспедициях, где нам все приходилось делать самостоятельно. Я недурной кашевар и убежден, что вполне справлюсь с поручениями старшей кухарки.

– Вы быть безнадежны, – сурово покачал головой трансильванец. – Один раз путать специи – и сразу увольнять. Все.

– Мы с вами теперь товарищи, – Джонатан отсалютовал Ван Хельсингу бисквитом.

Эрик ехидно хохотнул, но Игорь покачал головой.

– Герр профессор быть совсем безнадежный, а герр Харкер – почти совсем безнадежный, – педантично поправил он. – У герр Харкер быть способности, но их надо развивать и много работать! Я бы сделать из него хороший слуга, есть один способ.

– О? – с интересом подался вперед профессор.

Игорь вскинул подбородок и торжественно произнес:

– Муштра! Год муштра – и герр Харкер быть младший лакей, – он кровожадно воззрился на адвоката, заставляя того помимо воли поежиться. – Два года муштра – и он быть старший лакей. Три года муштра…

– …и я быть покойник, – вздохнул Джонатан, вставая с кресла и подливая себе чай в опустевшую чашку.

За дальнейшим чаепитием и обсуждением разнообразных планов проникновения в дом Дориана Грея, изобретательных и цветистых, их застал звонок в дверь. Игорь лично спустился вниз, чтобы открыть, принял у мисс Ирен Адлер шубу и проводил ее в гостиную.

Ирен поздоровалась с профессором Ван Хельсингом, краем глаза наблюдая, как поспешно мистер Харкер прячет какой-то белый сверток за каминную полку. Смущение, с каким он целовал ей руку, Ирен сочла очаровательным.

Ее усадили на почетное место, предложили чаю, окружили заботой и вниманием. Быть джентльменом Джонатану нравилось гораздо более, чем горничной.

Ирен отвечала на вопросы профессора, взглядом то и дело возвращаясь к мистеру Харкеру… Они познакомились при трагических обстоятельствах, где – без преувеличения – Ирен оказалась обязана ему жизнью. Неудивительно, что и сейчас она испытывала к нему бесконечную благодарность, и новая встреча теперь наполнила ее искренней радостью. Пожалуй, отметила она про себя, что и мистер Харкер был явно рад ее видеть…