Елена Комарова – Адвокат вампира (страница 59)

– Сэр, – слегка поклонился Ван Хельсинг.

– Редчайшие образцы древнего искусства Ассирии и Шумера исчезли! Мой золотой козел, он должен был стать жемчужиной экспозиции, пропал!

– Англичане, – буркнул Эрик. – Даже погром не могут устроить без того, чтобы не стащить что-то.

Джонатан задохнулся от возмущения. Ван Хельсинг положил руку ему на плечо и слегка сжал, удерживая от необдуманных слов.

Лорд Дарнем, тем временем, продолжал эмоционально живописать свое потрясение и возмущение:

– Годы работы, дипломатии и раскопок с риском для жизни…

– Наш фараон также сбежал, – перебил его лорд Гамильтон.

– …за два дня до открытия выстав… – лорд Дарнем осекся. – То есть как это, сбежал? Он все-таки воскрес?

– Выходит, да, все-таки восстал из мертвых, – развел руками лорд Гамильтон. – Как мы и боялись.

Профессор Ван Хельсинг деликатно кашлянул, чтобы привлечь к себе внимание египтологов:

– За столько лет, – сказал он, – многоуважаемый фараон вполне мог бы выучить английский язык.

– Что вы имеете в виду? – нахмурился лорд Гамильтон.

– Джентльмены, давайте начистоту. Фараон мертв несколько тысячелетий, и этот… – Ван Хельсинг обвел взглядом разгромленный зал, – антураж не должен вводить нас, людей с высоким интеллектом, в заблуждение. Я не думаю, что мы имеем дело с магией и мистикой. Это обыкновенные воры, хотя, надо признать, очень умелые и довольно остроумные. Но не слишком образованные. Даже я, иностранец, знаю, как надо писать слово «берегись»…

Египтологи переглянулись.

– Строго говоря, это не является доказательством, – задумчиво произнес лорд Дарнем. – Как известно, у мистера Джеммураби еще в бытность его правителем Египта возникали сложности с письменной речью…

– Некоторые исследователи полагают, что он был неграмотен, – закончил лорд Гамильтон. – Затем долгое заключение в саркофаге, и вряд ли можно счесть, что здешняя обстановка в хранилищах способствует расширению кругозора… – Перехватив ошеломленный взгляд профессора, лорд ухватился за его руку и с чувством ее пожал. – Могу ли я просить вас заняться расследованием этого дерзкого ограбления? Ваш опыт… Мы бы хотели увидеть не столько преступника на скамье подсудимых, сколько фараона в стенах музея.

– И козла! – горячо добавил лорд Дарнем.

– Сделаю все, что в моих скромных силах, – склонил голову профессор и посмотрел на компаньона. Джонатан кивнул и сказал:

– Я бы хотел поговорить с инспектором, которому поручено заниматься этим делом.

– Полагаю, это можно устроить, – сказал лорд Гамильтон. – Следуйте за мной, я провожу к нему.

Эрик, поймав взгляд Ван Хельсинга, приложил палец к краешку шляпы, прощаясь, и выскользнул из зала, оставив патрона наедине с лордами.

– Простите, профессор, – растерянно сказал лорд Гамильтон. – Не думал, что так скоро придется обращаться к вам вновь.

– Пустяки, милорд.

– Разумеется, я ни секунды не поверил в воскрешение фараона, – Ван Хельсинг поощрительно улыбнулся. – Тем не менее, должен признаться, я разочарован. С детства мечтал встретиться с настоящим фараоном, а не со сморщенной мумией.

– Прекрасно понимаю ваши чувства.

– Итак, вы беретесь за расследование?

– К вашим услугам.

– Если что-то понадобится, профессор, пожалуйста, располагайте нами! – воскликнул Дарнем и, бросив последний взгляд на надпись на стене, первым покинул зал.

Увлекшись когда-то химическими опытами, Дориан Грей устроил в подвале своего дома лабораторию. Его старого друга, ныне покойного ученого-химика Алана Кэмпбелла, это увлечение удивило, но ненадолго.

Научный прогресс шествовал по миру, ускоряясь с каждым шагом. Ежедневно, да что там дни – ежечасно, ежеминутно, попирались тяжелым сапогом науки тайны природы. Каждая новая раскрытая загадка лишь разжигала аппетит: как скоро будет повержена следующая?