Елена Комарова – Адвокат вампира (страница 39)
– Я прошу прощения за прохладный прием, – вздохнул Джонатан. Что-то прошуршало в отдалении, затем донесся тихий звон посуды.
– Извиняйт вас, – церемонно кивнул гость из Трансильвании. – Однако я не хотеть тратить время, дело есть безотл… безл… срочно. Это касаться граф Аурель, он пропадать.
– Пропадать? То есть, простите, как это? – брови Джонатана поползли вверх. – Он не просто задержался в гостях? Насколько мне известно, граф ведет весьма бурную светскую жизнь, кроме того, он молод… – он осекся, припоминая, что его клиент – носферату, и его внешний вид совершенно не отражает количество прожитых лет. Или, точнее, проведенных, так как в собственных рассуждениях относительно понятия «жизнь» в применении к вампирам Джонатан пока что так и не пришел к окончательному мнению.
– Мы должны спешить! Лошадь ждать снаружи, и мы должны ехать срочно, пока не… – окончание фразы Игорь эмоционально протараторил на родном языке.
– Погодите, – Джонатан поднял руку. – Куда мы должны ехать? Расскажите мне все, тем более что кофе будет готов через минуту, и мы с вами решим, какие шаги предпринимать.
Игорь засопел, но вынужденно согласился и приступил к рассказу.
За прошедшее с их первой встречи время трансильванец улучшил свой английский, понимать его стало легче, но сейчас, когда он пребывал в столь нервном состоянии, все его лингвистические достижения пошли прахом. Джонатану пришлось несколько раз просить его прерваться и повторить свои слова. Из них он понял, что накануне Аурель, нанеся все светские визиты, отправился поздним вечером ужинать. Игорь, как обычно, ожидал хозяина в отеле, занимаясь подсчетами, планами и составлением письма старшему графу. Носферату твердо придерживался правил, и до сего времени никаких сложностей у него не возникало. Поэтому, когда он не вернулся в урочный час, Игорь не встревожился. Однако близилось утро, а граф по-прежнему отсутствовал.
В гостиную зашла Энни с подносом в руках. Джонатан принял его, поблагодарил служанку и поставил поднос на столик. Разлив кофе по чашечкам, он одну предложил гостю, взял вторую и вернулся на свое место, предлагая продолжить рассказ.
Итак, встревоженный Игорь оделся и покинул отель, отправляясь на поиски.
Последние несколько дней граф Аурель жаловался, что ему надоели докеры и плотники, и он хотел бы сменить меню. Окончательное решение он принял после того, как неосторожно попробовал некоего китайского матроса и затем провел весь день и половину ночи, страдая от желудочных колик – матрос, как и многие его соотечественники, был заядлым любителем опиума. На новую охоту вампир отправился в район Сохо, привлеченный шумом мюзик-холлов и весельем публики. Артисты и артистки, музыканты и художники пришлись ему по вкусу. Кроме того, Аурель старался не пропускать и самих представлений, утверждая, что их немудреные, но полные жизни мотивы приятно ободряют после утонченных светских развлечений.
Поэтому именно в Сохо сразу же направился и слуга. Увы, он очень быстро удостоверился, что его подопечный успел насытиться и покинуть «охотничьи угодья» (жертвы остались живы и не сохранили никаких воспоминаний о встрече). Далее след носферату привел к Вестминстерскому Аббатству: граф уже давно намеревался его осмотреть, но из-за обилия светских обязанностей и особого образа жизни ему никак не удавалось выкроить для этого время.
Задержавшись ненадолго возле величественного строения, Аурель продолжил путь в морозной ночи, пока след не оборвался у Питер-стрит. Чем ближе к этой улице оказывался Игорь, тем сильнее к запаху его хозяина примешивалось нечто чужое. «Это и запах, и не совсем», – пояснял слуга, касаясь пальцем сначала кончика носа, потом середины лба в попытке пояснить свои ощущения человеку, чье восприятие было ограничено всего пятью органами чувств.
– Вервольф! – яростно проговорил Игорь, комкая в пальцах салфетку. – Немыслимо, чтобы в такой культурный город пускать диких зверь!
– Вы уверены, Игорь? – Джонатан подался вперед в своем кресле.
– Я чуять его так же ясно, как видеть вас, – отрезал тот. – Они давно жить в Трансильвании, но не бегать возле замка, мой граф их не любить, но он джентльмен, поэтому не бить вервольфы. А Др… – он осекся, – другой граф делать из их шкур зимний плащ.