Э. Кинг – Натюрморт с торнадо (страница 56)

– Мне надо приехать.

– Позвони маме с папой.

– Не к ним, к тебе.

– Мы живем в одном доме.

– Я могу остаться в мотеле.

– В котором?

– Обычно я останавливаюсь в мотеле на Пайн-стрит.

То, что говорит Брюс, не укладывается у меня в голове. Когда он останавливался в мотеле на Пайн-стрит?

– Может, начнем сначала? – предлагаю я. – Давай я скажу: «Как дела?», а ты расскажешь мне, как дела.

– Ладно.

– Как дела?

– Хорошо. Жизнь идет. А ты как?

– Это не ответ. «Жизнь идет»? – Прошло шесть лет, а он швыряет мне: «Жизнь идет». Его голос ниже, чем я его помню. Он звучит как взрослый. Я говорю: – Ты женат? У тебя есть девушка? Чем ты занимаешься?

– Не женат. Я работаю с детьми.

– Ты учитель?

– Я ментор.

Звучит многообещающе. Я жду подробностей, но он ничего больше не говорит. Он спрашивает:

– А ты как? Десятый класс, да? Я прав?

– Да. Но не совсем. Долгая история.

Мы говорим так расплывчато. Десятилетняя Сара была бы разочарована. Десятилетняя Сара любит детали. Десятилетняя Сара, скорее всего, больше тут не появится после того, как я с ней вчера обошлась.

– В смысле? – спрашивает Брюс. – Ты не в десятом классе?

– Долгая история, – повторяю я.

– У меня есть время.

– Я еще сама не разобралась, – говорю я. – У меня что-то типа… переходного периода.

– В школе?

Я не знаю, что сказать. Вот брат, с которым я не разговаривала шесть лет. И он хочет, чтобы я рассказала ему, как я, когда я сама не знаю, как я.

– Ты возвращался в Филадельфию, не сказав нам?

– Типа того, – говорит он. – Я приезжал только дважды.

– И?

– И в первый раз я позвонил маме, но она сказала, что папа не хочет видеть меня в доме, – говорит он. – Во второй раз я ездил по работе. И не говорил им, что я здесь.