Джон Кабат-Зинн – Выход из депрессии. Спасение из болота хронических неудач (страница 102)

Пэгги вдохновило это расширенное видение своих проблем, и у нее произошел глобальный сдвиг в том, как к ним относиться. Вместо борьбы с ужасными картинами будущего, порожденными беспокойством, Пэгги переориентировала себя на то, чтобы более пристально взглянуть на свое настоящее и на происходящее с ней прямо сейчас. Она осознала, что содержание своих тревожных мыслей невозможно проконтролировать, ведь они уже сформировались, пока она спала, и чем больше она фиксировалась на них, пытаясь исправить положение, тем больше становилось напряжение. И попытки решить хотя бы самые насущные проблемы, чтобы избавиться от беспокойства, приносили облегчение ненадолго, потому что «ведь всегда не одно, так другое» — так она выразилась. И когда один повод для беспокойства уляжется, тут же возникает другой, чтобы занять его место. Она также осознала, что, пока она концентрируется на мыслях, постоянно порождаемых ее беспокойным умом, коренного изменения в их первопричине не будет. Таким образом, она имела дело с симптомами, не касаясь внутренних причин, их вызывавших.

В ответ на все эти открытия она разработала для себя методику. Каждое утро она теперь «смотрела в лицо» любым поджидавшим ее чувствам. Она приветствовала ужасные ощущения комка в горле или в желудке, отдавая себе отчет, насколько это неприятно: «Ага, вот и ты, я заметила тебя». Потом, не стараясь убежать от него и не отворачиваясь, она начинала исследовать это ужасное чувство как просто чувство, не более того. Какое оно? Какие сопутствующие ощущения вызывает? Она осознавала: само наличие этого чувства сигнализирует ей о том, что есть нечто, что она воспринимает как угрозу. И что существенно, теперь ее перестало интересовать, в чем конкретно эта угроза заключается. Она больше не пыталась все исправить в тревожной для нее ситуации в будущем. Теперь ее основной заботой стало отреагировать осознанно и с большим принятием на то, что вот сейчас она чувствует угрозу. И она поняла: в этот момент требуется мягкость и доброта, а не аналитическое решение проблем: «Тебе не важны детали, они тебе ни к чему. Что действительно важно сейчас, так это мягкость и доброе отношение к самой себе».

Если у нее было немного времени, она окружала это ужасное чувство добротой, «вдыхая мягкую осознанность» в это чувство, причем не для того, чтобы побыстрее от него избавиться, а для того, чтобы впустить доброжелательное отношение в свою жизнь, во все ее аспекты. Когда она «вдыхала осознавание в чувства», у нее часто возникал образ в голове, что ее тяжелое чувство — это камень на пляже и что морские волны мягко окружают и омывают его, повторяют движения дыхания, и каждая волна легонько касается его с заботой и участием, окружая теплом и состраданием. Это привело к притуплению и «острых углов» камня, и тех острых ощущений, что сопутствовали ее страхам, а также к их уменьшению. Даже если это чувство не уходило сразу, оно больше не занимало центрального места в ее голове и переставало втягивать ее в нескончаемые внутренние борьбу и конфликты.

Немного мягкости и доброты по отношению к себе — всегда более подходящая и более мудрая реакция на ощущение угрозы, чем любой аналитический подход.

Если времени было недостаточно, чтобы представить все это, Пэгги намеренно фокусировала внимание доброжелательно и мягко («Ведь чувство сообщает мне, что именно это мне нужно сейчас»), концентрируясь на том, что ей предстояло сделать сегодня, думая о возможных трудностях с пониманием и заботой по отношению к самой себе.

Чувство ужаса все же посещало Пэгги, но реже, и, когда оно приходило, она знала, как с ним обходиться. Прежде она могла оценивать свое чувство ужаса как неправильное или интерпретировать его как признак своей негодности или того, что что-то в корне не так с ее жизнью. Теперь же она рассматривала свое чувство как напоминание быть мягкой и доброй по отношению к самой себе и заботиться о себе в нелегкое для себя время.

Как новичок из истории в главе 4, Пэгги поняла, что попытки прогнать негативные мысли и чувства, анализируя или подавляя их, ей не помогали и только усугубляли ее чувство собственной беспомощности. Ее опять засасывало в воронку беспокойства, потому что она думала, что ее проблемы должны быть непременно решены. Ее разум постоянно включался в деятельное состояние: сделать, исправить, проанализировать, оценить, сравнить. Со временем она стала рассматривать эти признаки как повод, чтобы переключаться в состояние бытия. Она научилась мягко проявлять настойчивость и обращать внимание на то, что с ней происходит в каждый момент снаружи и внутри. И увидела, что все, что ей нужно делать, — это осознавать тот опыт и не осуждать его. Также оказалось полезным отслеживать, что происходит с телом в целом. И эти две вещи помогают Пэгги понимать, что происходит с ней каждую секунду, и воспринимать свой опыт непосредственно. Теперь она научилась стоять рядом с бурным потоком своих мыслей и чувств. Это все равно как если бы она стояла в пещере за водопадом и могла придвинуться ближе к нему и ощутить его силу, не бросаясь при этом в воду.