Дмитрий Емельянов – Боги Севера (страница 61)

Они обходили городище уже по второму разу, петляя между деревьями. Фарлан и Скольд уходили вперед, возвращались и буквально снег носом рыли, но следов не было. Черный назначил Ольгерда своим помощником, и они действовали по отработанной схеме. Ольгерд вел нагруженную оружием и припасами группу в указанном направлении, пока Фарлан со Скольдом нарезали круги в поисках следов. Так продолжалось раз за разом, но Фарлан никак не мог зацепиться. Зону поиска с каждым разом расширяли все больше и больше, пока наконец не получили результат. На третьем круге Скольд принес Фарлану кусочек меха. Посовещавшись, обнюхивав этот меховой шарик не по разу и прикинув путь до города, они все же пришли к единому решению.

Фарлан подошел к тяжело пыхтящей молодежи.

— Кажется, нашли. Пойдем на север. Идите за нами и молчок — не говорить, не шуметь! — Он улыбнулся. — В общем, дышать через раз.

Глава 22

На второй день стало ясно, что они взяли верный след, и лица Фарлана и Скольда повеселели. Какие-то одним им видимые следы говорили о правильно выбранном направлении. К вечеру уже всем стало ясно: где-то поблизости есть человеческое жилье.

Фарлан сделал знак группе затаиться и ждать, а сам двинулся вперед. Он скрылся за елью и как будто растворился: ни шуршание снега под ногами, ни крик птицы, ни шорох деревьев — ничего не говорило об идущем человеке.

В очередной раз подивившись способности венда прятаться в лесу, Ольгерд услышал шепот Фрикки:

— Мы так никогда не сможем.

— Чего это? — Ольгерд возразил просто из вредности, но Фрикки ответил не задумываясь, словно он уже не раз размышлял об этом:

— Потому что венд рожден в лесу, на траве среди деревьев, он чувствует тишину душой. Руголандец рождается под грохот морского прибоя, на голых серых камнях, оттого он всегда ищет боя и славы.

Ольгерд с удивлением взглянул на друга:

— Вот уж не думал, что в теле молотобойца живет душа скальда.

Застеснявшись, здоровяк лишь махнул рукой:

— Скажешь тоже!

Вернувшийся Фарлан спас Фрикки от насмешек. Он появился так же внезапно, как и пропал, и молча, одним жестом, подозвал всех к себе.

— Они здесь! Народу около сотни. Женщины, старики и дети. Некоторые старики и отроки с приличными луками, кое у кого даже копья и рогатины.

Ольгерд выразил общее недоумение:

— К чему это ты? Дети с копьями и рогатинами нам не соперники.

— Вот этого я и опасался: непонимание задачи — первый шаг к поражению. Вы зачем сюда пришли?

Все притихли, чувствуя подвох. Поскольку венд смотрел на Фрикки, тому пришлось отвечать:

— Ну, это… Женщин ильмари захватить.

Фарлан неожиданно согласился:

— Правильно! Только как вы их захватите, если начнете с вооруженными детьми и стариками возиться? Нас-то полтора десятка, а их сотня.

Поняв, чего хочет его наставник, подал голос Ольгерд:

— Надо согнать их в удобное место!

— Молодец, парень, правильно мыслишь! Вы его слушайте, молодежь, — у Ольгерда голова варит. — Фарлан улыбнулся в усы. — Сделаем так! Пять бойцов пойдут из леса. У каждого по десять факелов. Поджигаете факел, втыкаете в снег, затем следующий. Понятно? И побольше шума! Ильмари побегут к реке, а здесь их встретим мы и загоним на лед. Противоположный берег крутой, разбежаться им будет трудновато, поэтому отсекаем молодых женщин с детьми, и только — всех нам все равно не удержать. Главное, не упустить жену Ильмаринена с ребенком, а старики и старухи пусть бегут — это уже не важно.

Ольгерд топтался вместе с остальными у самого берега. Снегоступы, привязанные ремнями к ногам, делали его жутко неуклюжим. Пару раз он чуть было не упал, наступив одним на другой, так что Фрикки не удержался:

— Ты ноги пошире держи! Тут привычка нужна.

Поучительный тон друга разозлил Ольгерда, и он окрысился:

— Это ты жене своей будешь говорить!