Дмитрий Емельянов – Бастард Александра (страница 33)
— Что? — в тон ему пялится на меня Гуруш, а я просто отмахиваюсь.
— Не берите в голову!
Никто опять меня не понимает, а мне вдруг приходит в голову одна мысль:
«Вот такой телохранитель мне бы подошел куда лучше Гуруша. С таким не страшно и по ночному Вавилону ходить!»
Еще не зная, как я буду объяснять это Барсине, обращаюсь к греку:
— Я так понимаю, место на ступенях храма тебе теперь заказано.
Нищий соглашается угрюмым молчаливым кивком, а я продолжаю:
— Да и в Вавилоне тебе оставаться опасно! Эти… — киваю в сторону стонущих грабителей, — все равно не отстанут!
Уже не кивая, нищий молча смотрит на меня, и я-таки решаюсь:
— Предлагаю тебу работу. Телохранителем! — Немного помявшись, добавляю: — Правда, платить тебе мне нечем, зато могу предложить кров, стол и мою дружбу!
Знаю, как комично смотрится это со стороны, но все равно протягиваю ему руку:
— Что скажешь⁈ По рукам⁈
Несколько секунд грек хмуро смотрит на меня сверху вниз, и мне все это время кажется, что он вот-вот спросит: «А мамочка твоя разрешит⁈» Но он вновь меня удивляет.
Внезапно улыбнувшись во всю ширь своего лица, он протягивает мне свою огромную пятерню.
— А ты, малой, ничего! Один на целую свору попер! Смелый!
Он сжал мою пухлую ладошку так, что мне пришлось стиснуть зубы, чтобы не закричать, и довольно оскалился:
— По рукам, малыш!
Глава 7
Город Вавилон, середина августа 323 года до н. э
— Щит выше, молодой господин! — командует Эней и тут же повышает голос. — Выше держи, я сказал!
Его посох больно бьет меня в плечо, убедительно демонстрируя, куда ведут подобные ошибки.
Рука устала, тяжелый щит тянет ее вниз, плечо горит от удара, на ногах ноют следы прежних воспитательных моментов.
Стиснув зубы, терплю. Таков уговор! Эней согласился учить меня владеть мечом и щитом, а я обязался: не ныть, не жаловаться и выполнять все его требования.
После той драки на рынке я понял, что доставшееся мне тело совершенно непригодно для выполнения поставленных задач. Оно слабое, толстое и неловкое!
Как пел когда-то Высоцкий: «Если хилый — сразу в гроб…!»
И рецепт против этого во все века только один — зарядка, тренировка и закалка! С местом для всего этого тут проблем нет. Греки и македонцы — фанаты здорового тела, и во всех городах у них в обязательном порядке есть гимнасии и стадиумы. Александр Великий и сам был не чужд занятий, и здесь, в Вавилонском дворце, у него оборудованы несколько залов для борьбы и фехтования, а в парке отгорожен атлетический стадион и манеж для верховой езды.
В общем, места тут предостаточно, а что делать и как делать, меня учить не надо. Бег, отжимания, подтягивания, качание пресса — и так по кругу, и каждый день. Самостоятельно я не могу освоить только фехтование и верховую езду. Этим, прямо скажу, в прошлой жизни мне не приходило в голову заниматься. На лошади сидел несколько раз, могу проехаться рысью и даже галопом, но с возрастом и эти редкие выезды пришлось оставить. Ноги стали уже не те, а для конного спорта ноги — это все!
Задумавшись, теряю концентрацию и тут же пропускаю удар в голову. Звонко гудит бронзовый шлем, у меня все плывет перед глазами, а голос Энея гневно требует от меня полного внимания.
— Не спи, Геракл!
Бах! Грохочет его посох о мой щит. Бах! Закрываюсь от удара с другой стороны и делаю выпад…