Дмитрий Емельянов – Бастард Александра (страница 23)
«Вот и правильно! — не оборачиваюсь до тех пор, пока до меня не долетает звук захлопнувшейся двери. — Теперь будет повод попросить у Барсины заменить учителя».
Глава 5
Город Вавилон, начало июня 323 года до н.э.
Радость от того, что я так ловко выпутался из довольно щекотливой ситуации, вскоре сменилась уколом совести.
«Не слишком ли жестоко я обошелся с, наверняка, заслуженным человеком. — Зашевелилось во мне сожаление. — Сможет ли он найти работу, если его попрут из дворца?»
Такое самокопание, к счастью, продлилось недолго и закончилось возмущением против собственного интеллигентского слюнтяйства.
«Если ты будешь думать о всех страждущих этого мира, то, точно, долго не протянешь. В нынешних экстремальных условиях нужно все поставить на выживание, а потом заботиться о чистоте совести и прочем! А учитель без работы не останется, в этом времени грамотные люди были в цене!»
Успокоив себя, я вновь задумался над тем, чем бы мне заняться.
«Хорошо бы библиотеку тут отыскать, — подумав так, я иронично хмыкнул. — Поработать, так сказать, с первоисточниками! Не может быть, чтобы у Александра Великого не было библиотеки».
Развить эту мысль я не успеваю, потому как в этот момент в комнату входит уже знакомый мне мужичонка. Без стука или какого-другого предупреждения, он возникает в открытом проеме двери и, сделав шаг в сторону, замирает у стены.
Встречаю его крайне недружелюбно:
— Стучать тебя не учили⁈
На что получаю совершенно искренний и непосредственный ответ:
— Нет!
С таким ответом не поспоришь, и я выражаю свое негодование лишь взглядом и молчаливым возмущением.
Вошедший же абсолютно бесстрастно доносит до меня «мамочкино» указание.
— Пресветлая госпожа Барсина указывает своему сыну Гераклу немедля прийти в обеденную залу.
Первым порывом хочу спросить «Зачем?», но тут же понимаю, что этот вопрос останется без ответа. Поэтому просто подхожу к стоящему мужчине и, впервые по-настоящему, рассматриваю его.
Худющее тело, ошейник раба на тощей шее, не по-мужски узкие плечи и вытянутое, смуглое лицо в обрамлении длинных, заплетенных в косички черных волос.
«Этот мужик приставлен ко мне вместо Зику и, по-видимому, надолго, — решаю про себя. — Тогда надо бы узнать, как его зовут!»
Не откладывая, задаю своему охраннику этот вопрос.
— Как зовут⁈
— Кого? — с полной невозмутимостью реагирует он, и я бросаю в сердцах:
— Ну, не меня же!
— Не вас⁈ — тут же вопрошает мужик. — А кого⁈
Прикрываю глаза, дабы справиться с подступающим бешенством.
«Раз, два, три, четыре…» — счет меня успокаивает, и я понимаю, что с сарказмом в этом времени надо быть поосторожнее. Этот выбесивший меня индивидуум не единственный такой.
Успокоившись, начинаю второй заход и для убедительности тыкаю в мужика пальцем.
— Как тебя зовут?
— Гуруш! — цедит он удивленно.