Антонина Чернецова – Колыбельная для медведицы (страница 21)
– Духи показали мне твою долгую и счастливую жизнь с любимым мужчиной, девочка. Ваших сильных, смелых сыновей и прелестных, кротких, улыбчивых дочерей. Мне было дано увидеть, как вы любите друг друга до самой смерти, и как ты печёшь семье пироги, которые за обе щеки уплетает твой избранник, с начинкой из яблок, собранных в собственном саду. Сейчас у тебя не очень хорошие отношения с выпечкой, правда, милая? Ты могла бы научиться. Вы оба наслаждаетесь смехом своих детей, страстными стонами друг друга на брачном ложе и лязгом стали в битвах. Я видела всё это так же ясно, как вижу сейчас твоё милое личико. Но ничего подобного уже не случится, потому что ты совершила большую ошибку, придя сюда с дурными помыслами. А твой чудесный муж после того, как оплачет тебя, женится снова. Но уже никогда не будет счастливым. Вот, что ты натворила, появившись здесь, дорогая.
Гадалка обошла стул и накинула платок на шею Айны. Потеряв с женщиной зрительный контакт, девушка очнулась, но её горло уже обвивал платок, настолько крепко, что невозможно было поверить в то, что пожилая дама может обладать такой неистовой силой. За голенищем у Айны был спрятан её короткий кривой нож, но она не могла до него добраться, как ни старалась. Соперница упёрлась коленом в спинку стула, и давление на шею Айны возросло. Теряя сознание, девушка собрала последние силы, дрожащими пальцами взяла со стола длинную шпильку, которой старуха пустила ей кровь, и, вывернувшись, воткнула шпильку женщине под подбородок, вогнав её настолько глубоко, насколько могла.
Почти сразу после этого она смогла сделать вдох, и, едва начав соображать, обернулась, взглянув на женщину, которая медленно оседала на пол, подхватила её, посадила на свой стул. Видя, как по дряблой шее стекает струйка крови, она хладнокровно опустила голову ещё живой старухи в миску с водой, которая по-прежнему стояла на столе. Вода зашипела и забурлила, но вскоре успокоилась, и Айне показалось, что в воде, как на чистом листе бумаге, появляются картинки. Убрав набок рассыпанные седые волосы, которые закрывали обзор, Айна всмотрелась в воду, увидела, как закрываются глаза огромного медведя со шрамом на морде, и он безжизненно падает на окровавленную землю. Она хотела смотреть ещё и ещё, вдохновляться этим зрелищем, но вода резко стала мутной, и девушка больше ничего не смогла разглядеть.
Находиться здесь дольше было нельзя, и она, оставив тело старухи, без суеты вышла из дома, никем не замеченная.
"Всё будет именно так, как ты напророчила, старая ведьма, кроме двух моментов. Оплакивать Галвину меня не придётся, а свои дурацкие пироги он поест в таверне у Ванды!" – думала девушка.
Юкас, бродя по базарной площади, высматривал Айну. Ему не понравилось настроение напарницы, и он беспокоился, что она может натворить глупостей, на последствия которых не сможет повлиять. Но увидев, как она покупает на одном из прилавков продукты, не вступая в диалог с торговкой, уходит к другому продавцу, делая вид, что рассматривает товар, успокоился и направился в один из местных трактиров. Там он сразу заприметил небольшую компанию, состоявшую из простых подвыпивших мужиков. Притворившись таким же пьяным, он подсел к ним.
– Хозяйка моя шатается по рынку и, клянусь своей маской, пока не потратит все мои сбережения, не успокоится, – сообщил он им.
Те понимающе закивали, и лишь один из них – хуже всех одетый и самый пьяный, в красках расписал, какая замечательная супруга у него – бережливая и рачительная.
– Поэтому ты пьёшь за наш счёт, – без намёка на упрёк, захохотали над ним товарищи.
– Именно! – согласился счастливый супруг.
– Позвольте и мне вас угостить, друзья мои! – предложил Юкас. – В благодарность, что дали согласие на то, чтобы я присоединился к вашим посиделкам. Не люблю пить в одиночестве!
– Хозяйка, видать, не все твои денежки прибрала к рукам? – пьяно ухмыльнулся один из них.
– Припрятал немного. У каждого мужчины есть средства на маленькие удовольствия, о которых жене знать не следует, – ответил Юкас бесхитростно.
– О средствах или об удовольствиях? – уточнил высокий хорошо одетый мужчина, подмигивая стремящейся к ним с подносом разносчице.